Леший в погонах

Так что эти поляки скорее из Народной армии, Армия Людова называется. Они с нашими партизанами всегда заодно были.

– Головастый ты, Павло, не по годам, – рассмеялся Боткевич и тут же стал серьезным. – Вот так, хлопцы! Ты, Будан, со своим напарником останешься здесь. Отдышишься и будешь наблюдать. Твоя задача – не дать немцам уйти, если станут сюда отходить. Смотри, сгоряча поляков не постреляй!.. Ты, Павло, перебеги со своими ребятами на ту сторону дороги и займи позицию у изгиба дороги. Атакуешь вторым. Я со своими спереди нападу, когда вся колонна пройдет поворот.

"Скрип телег с несмазанными ступицами послышался через сорок минут. Боткевич поерзал на траве, ложась поудобнее и поведя стволом автомата вдоль дороги. Порядок, можете жаловать в гости, суки. Партизаны не шевелились. Война, лесные засады – все это научило маскироваться, сливаться с окружающей средой. А уж в разведчики всегда брали лучших.

– Połóż się! – заорал Иван и тут же приник щекой к прикладу своего ППШ. – Spadaj na ziemię![3]

В селе, где до войны жил Иван, было много поляков, и по-польски он с детства говорил свободно.

Поляки неуклюже рухнули на землю, а как еще это сделать со связанными за спиной руками, но автоматные очереди и винтовочные выстрелы разорвали лесную тишину почти сразу. Немецкие солдаты соскочили с подвод, присели за телегами, но ответить огнем партизанам почти никто не успел.

Стрельба закончилась так же неожиданно, как и началась. Дисциплина в разведвзводе была крепкой. Без приказа командира ни чихнуть, ни икнуть. И поэтому несколько секунд над полем боя стояла относительная тишина.