Месть женщины

Demi-corset[29] нашелся лишь черного цвета. Море искусственных кружев и атласных рюшек. Да и стоил он будь здоров — целых пятьсот сорок франков. За такие деньги можно несколько раз сытно пообедать в приличном ресторане.

Превозмогая усталость, Лючия поднялась с кровати и стала вынимать покупки.

Она без особого труда втиснулась в этот demi-corset, однако застегнуть молнию на животе оказалось не простым делом. Лючия изо всех сил втягивала живот, тщетно пытаясь довести до верха пластмассовую застежку молнии.

Наконец, когда закружилась голова и перед глазами поплыли малиновые круги, ей удалось это сделать.

Она стояла, довольная, перед узким высоким зеркалом, в котором с трудом умещалась ее массивная, словно сошедшая с древнегерманской гравюры, фигура. Совсем даже неплохо. Лючия провела по губам помадой (отвратительный до тошнотиков вкус гнилого апельсина!), нацепила на макушку жесткий, как собачий хвост, парик соломенного цвета. И, повалившись спиной на кровать, громко рассмеялась, дрыгая ногами.

В дверь кто-то постучал.

— Si[30], — машинально сказала Лючия. Она привыкла реагировать на стук к ней в дверь именно этим словом — в доме Грамито-Риччи было принято только так, а не иначе.

Подняв голову, она увидела на пороге молодого человека — худого, черноволосого, с большими влажными глазами.

Она раскрыла от удивления рот и попыталась встать, но, почувствовав, как расходится на груди молния, отказалась от этой затеи.

Молодой человек смотрел на Лючию изумленными глазами.

Потом он что-то пролепетал по-французски, но она, разумеется, не разобрала от стыда.

Молодой человек шагнул вперед, осторожно прикрыл за собой дверь и снова что-то сказал.

— Убирайся, — наконец выдавила из себя Лючия. — Разве ты не видишь, что я не одета?

Он улыбнулся и пожал плечами. И сделал еще полшага в ее сторону.

Лючия чувствовала, что близка к обмороку. Внутри живота стало горячо. Там пульсировало что-то в бешеном ритме. Дышать было нечем. А тут еще этот треклятый demi-corset.

Она знала, молния разъехалась до самого пупка.

— Madame, madame, — прошептал молодой человек и опустился на колени перед кроватью.

Далее он произнес длинную фразу по-французски, из которой Лючия поняла только то, что она очень красива.

— Не может быть, — ответила она по-английски, обращаясь к себе. — Это какой-то сон…

Молодой человек поднял правую руку и показал четыре пальца. Это наверняка что-то означало, но ей не хотелось сейчас думать — что именно. Она кивнула из приличия и закрыла глаза.