Месть по-царски

Однако тянет время заведомо пустым разговором. Уж не ждет ли он подкрепления?

И как бы в ответ на этот вопрос с улицы донесся крик Бессонова:

– Князь! Из деревни к подворью идет крупный отряд на конях, ратников тридцать.

– Вот ты почему тянул время! – воскликнул Савельев.

Ростов выхватил саблю.

– А ты думал в чужих землях делать то, что дозволено на Руси? Вся твоя дружина поляжет здесь бесславно. А чтобы тебя не терзали сомнения, скажу: да, это я был предводителем шайки, убившей царевича. И я убил бы его еще раз.

Как с удовольствием убил бы и самого царя. Наш царь – князь Старицкий. А теперь сдохни, верный царский пес.

Савельев тоже выхватил саблю. Теперь ему было не до речей.

– Гордей! Занимайте оборону по городьбе, второму отряду захватить дом. Биться до последнего.

– А ты?

Ответить Савельев не успел, на него налетел Ростов, превосходно владевший саблей. Но – не лучше, чем воевода особой дружины. Дмитрий отбил первый удар Ростова и вынужден был отойти в сторону от дверей. Изменник просчитал удар.

Савельев оказался в части террасы, сильно захламленной разной рухлядью. Ростов нанес второй удар. И вновь воевода отбил его, но, отскочив назад, налетел на старый сундук и упал. Ростов торжествующе рассмеялся:

– А ты не так силен в сабельном бою, князь, как я думал и как о том мне говорили. Я бы дал тебе время помолиться, но не до того.

Он поднял саблю. Оружие же Савельева зажало между сундуком и бревенчатой лавкой. Отбиться было нечем, нож против сабли – не оружие, легкая кольчуга тоже не спасет.

В момент пред глазами промелькнуло в слезах лицо Ульяны. Дмитрий попытался ударить ногой по голени Ростова, но тот отошел назад и занес саблю. Проскочила мысль – вот и все, как глупо. И тут же – вскрик Ростова! Сабля выпала из рук, он рухнул на бок, ударившись головой о дощатую стену. За ним – Горбун с зажатым в руке шестопером.

– Вовремя я, князь?

– Осип? По гроб жизни буду обязан тебе.

– Пустое. Мы перебили людишек в доме, я кинулся сюда на подмогу. И в самый раз получилось.

Голова Ростова была цела, посему Дмитрий спросил:

– Куда ты угодил ему своей «колючей» булавой?

– А по хребту вдарил. Не сильно – спешил дюже.

– Помоги подняться!

Горбун протянул руку. Савельев встал, выдернул из-за сундука саблю.

– Побили, говоришь, людишек в доме?

– Да.

– Погоди, а Бессонов кричал, что к подворью идет крупный отряд.

– Шел, а где сейчас, не ведаю, но коли не напал еще, то, значит, стал супротив. А пошто? Узнать?

– Узнай.