Месть ликвидатора

 — Смотрю — похудел. За фигурой следишь?

Он добродушно улыбнулся хозяину поместья.

— В этой проклятой богами империи есть кому следить за моей фигурой, — в тон ему, горько улыбнулся Витаро. — Рад, что с тобой все в порядке! Когда Керт сгинул в столице, я уж было начал подозревать недоброе … Боги хранят тебя, Сергей!

Позже, когда гости с далекой Земли, Решетов, Керт и Осан расположились в широкой гостиной, Сергей обратился к Логинову:

— Так стало быть, это именно тебе я обязан тем, что однажды оказался здесь …, — он пристально посмотрел на Логинова.

 — Что ж, несмотря на все, что со мной произошло на Лэйне, я благодарен тебе!

Логинов, не отводя взгляда, внимательно выслушал его; какое-то время раздумывал, а потом улыбнулся."

"— Принимается, — он открыто улыбнулся. — Я действительно на начальном этапе курировал отправку на объект заключенных. Потом все изменилось … Я никогда не посещал К 777, но постепенно у меня начало складываться свое мнение обо всем что здесь происходит. Да и не только здесь … Там, у нас, тоже подобного дерьма хватает.

Сергей, я сейчас не пытаюсь перед тобой как-то оправдаться. Вся наша жизнь, по сути, состоит из ошибок и попыток их исправить. И самое главное — не повторить их …

— Везет мне в последнее время на философов …, — с долей сарказма ответил Седой и улыбнулся. — Ладно, действительно — ангелов среди нас нет. Я и сам когда-то искренне верил в непогрешимость и прочую хрень. Так что могу понять тебя — рано или поздно начинаешь многое осознавать, и тогда приходится собирать свой мир по крупицам заново.

Так, преамбула, я думаю, закончена, мы уже не маленькие. Теперь по существу — как вы смогли сюда добраться, и что здесь вновь понадобилось моим соотечественникам?

Какое-то время Логинов задумчиво смотрел на него, а потом ответил:

— Если ты спрашиваешь лично обо мне, то я беспокоился о судьбах оставшихся здесь людей — ученых, военных да и заключенных тоже …

— Все уже видел? — пристально взглянул на него Седой.

Логинов с непередаваемой тоской во взгляде кивнул, а потом тихо попросил:

— Расскажи …

Решетов рассказывал долго.

Выражение лиц присутствующих к концу повествования выражало самые разнообразные эмоции: от ярости — до глубочайшего трагизма.

— Да-а, — протянул Дмитрий, когда Сергей закончил свое повествование. — История, однако, — хоть роман в жанре постапа пиши …А как, говоришь, портал уничтожили? И, главное — кто?

— Не знаю, — покачал головой Седой, покамест не желавший открывать землянину все карты.