Мертвопись

Видел стиснутые пальцы, мечущиеся пальцы, или пальцы, теребящие носовой платок, авторучку, салфетку, кофейную чашку. И всегда ему это говорило о многом. У Полторашевской были руки замужней любящей женщины. Именно «любящей»! А ведь ей нельзя врать, подумал Лев и с огорчением вздохнул.

– Так я слушаю вас, Лев Иванович! – Марина смотрела на своего нового знакомого немного удивленно и в то же время ободряюще. – В чем ваше предложение?

– Я прошу вас простить меня, Марина Валентиновна, – решился Гуров и, вытащив из кармана служебное удостоверение, положил его раскрытым перед женщиной.

Лев говорил, глядя женщине в глаза, и радовался, что начал разговор именно так, а не стал разыгрывать из себя бизнесмена. Он не ошибся в человеке, и это было приятно.

– Господи, да вы меня уже напугали! – Глаза Полторашевской стали еще больше, хотя особого страха Гуров в них не увидел. – Что случилось? У меня какие-то проблемы? Или у кого-то из моих партнеров?

– Мы так сильно запутаемся, если начнем говорить оба сразу, – улыбнулся Лев. – Давайте, я сначала вам задам несколько вопросов, а потом отвечу на ваши. Хорошо? Скажите, вы знакомы со Светланой Моревой?

– Светка? Что с ней? – Марина даже приподнялась из кресла и всем телом подалась вперед.

– Я очень вас прошу, ответьте сначала на мой вопрос, – настойчиво проговорил Лев."

"– Это моя одноклассница. Точнее, мы учились вместе только в младших классах, а потом Света переехала с семьей в другой город. Мы были подружками в детстве, нас многое связывало, мы были с ней очень похожи. А потом взрослая жизнь, как-то потерялись. И так же случайно нашлись. Точнее, я разыскала Светлану, когда мы собирали встречу выпускников.

– Сейчас все уже хорошо, не беспокойтесь. – Лев попытался говорить спокойно, уверенно. – Вы правильно поняли, со Светланой Моревой не все было в полном порядке, и она с вами себя вела так по другой причине.