Мертвая зона

Я целиком и полностью к твоим услугам, босс, и я на твоей стороне, и рад бы помочь, но солнце зайдет в шесть двадцать, мы просто не успеем...

Леха крепко сжал кулаки.

Световой день в январской Абудже меньше двенадцати часов. Восход к семи, закат к половине седьмого. И по темноте не то что полиция, а даже всемогущие отряды Бабы стараются лишний раз не ездить. Это у них рефлекс со времен конфликта. Кто едет ночью, тот мишень, и никакие приборы ночного видения не спасут, и вспышки от выстрелов ты заметишь поздно.

Если заметишь. Просить, грозить или переубеждать — бесполезно. Слишком много здесь народу умерло, пренебрегая рефлексами.

Ну и если вспомнить о гонках на гантраках за идиотами, а потом за конкурентами, многое в инстинктивном поведении местных жителей становится понятнее. Им виднее, а ты не умничай.

— Черт знает что такое, — буркнул Леха.

— Совершенно верно, босс! — хором сказали Ури и Майк.

Глава 9

I Am Legend

О мыловаренном производстве Леха имел крайне смутное представление, и если бы его спросили, чем тут пахнет, он бы, не вдаваясь в детали, ответил: просто воняет.

Воняло сильно. Запах чувствовался издали, а как подъехали к забору, за которым дымил завод, стало прямо невмоготу.

— Выше нос, босс. Сначала неприятно, но привыкаешь быстро, — сказал Майк. — Здесь все натуральное. Экологически чистое!

И захохотал.

Ворота охраняли автоматчики в черных беретах с желтым кантом; Леха запоздало сообразил, что никакая это не униформа боевиков Бабы, а отличительный знак студенческого братства «Черные топоры».

И ведь готовился к командировке, прочел кучу материалов по местной культурной специфике, будь она неладна, но вспомнил про береты только потому что Лоренцо прожужжал «Топорами» все уши.

«Басик» въехал на заводской двор. Само здание мыловарни не представляло собой ничего интересного — стандартная легковозводимая коробка; здесь могло до конфликта размещаться что угодно, хоть склад, хоть мастерские или какая-нибудь отверточная сборка.

Зато у широких металлических дверей, ведущих в цеха, стояли два приметных автомобиля. Зеленый армейский грузовик в состоянии «только с консервации, муха не трахалась», наверняка имущество местной военной базы. И длинный белый седан премиум-класса, разукрашенный от носа до кормы фольклорными орнаментами йоруба. Опознать рисунки было легко: по машине будто раскатали обложку сборника нигерийских сказок Амоса Тутуолы, тут не ошибешься.