Мент

 – Меня что, кто-то хочет подставить… или купить? К чему этот подарок? Штук на пятьдесят, наверное, потянет. Да и что я скажу ребятам? Ведь никто не поверит… Стыдоба, да и только. А может, я с ума сошел? Хотя документы не липа!»

Андрею захотелось еще раз выглянуть в окно, и только усилием воли он удержал себя на месте.

«Ванька Дорофеев – никогда не пьянеет и наверняка должен что-то помнить», – решил он, быстро оделся и вышел из дому с твердым намерением прояснить все, что касается вчерашнего вечера.

Оказавшись на улице, подошел к джипу и осторожно заглянул через окошко на приборный щиток.

«Машина круть!» – с восхищением подумал он, однако сесть за руль не решился, отдав предпочтение уже привычному такси.

Минут через двадцать Андрей переступал порог отделения. К счастью, Дорофеев оказался у себя, беседовал со скрюченной старушкой. Увидев Андрея, радостно взмахнул рукой:

– Здравствуй, командир. Как настроение?

– Лучше некуда, – сдержанно отозвался тот и, не входя в кабинет, попросил:

– На минутку, Надо поговорить.

– Хорошо, – прокричав в ухо старушке:

«Ждите меня здесь!», Ваня вышел в коридор. Настороженно спросил:

– Случилось чего? Вид у тебя какой-то…

– Нормальный вид, – отмахнулся Андрей. – Ты мне лучше скажи, чем у нас вчера кончилось?

– Да ты не волнуйся, – успокаивающе протянул Дорофеев. – Все прошло как полагается. Посидели, выпили за покойницу. По-моему, все было прилично.

– А потом?

– Потом разошлись.

– А поточнее.

– Поточнее? – Дорофеев задумался, потом вопросительно посмотрел на Андрея.

– А ты что, совсем ничего не помнишь?

– Нет, только главного, – с раздражением процедил тот.

Почувствовав, что еще чуть-чуть, и командир взорвется, Дорофеев осторожно уточнил:

– С какого момента начать?

– С любого!

– Ну, помнишь, как Бабкин тебе мой «Москвич» сватал?

– Дальше, – потребовал Андрей.

– Нет, ты не подумай, что я жмот. Эта колымага и вправду уже пять лет в гараже стоит. Рессоры полетели, все днище ржа съела.

– Я не думаю, что ты жмот, – остановил Дорофеева Андрей.

– Дальше мы выпили. Бабкина потянуло на очко. Слабак.

– А что в это время делал я?

– Мы еще выпили. Поболтали, не помню уже о чем. Кажется, о тачках. Потом кто-то позвонил. Ты вскочил, схватил телефон и за дверь.

– А кто звонил, не помнишь?"

"– Вроде какой-то Петрович. – Голос Дорофеева звучал неуверенно. – А может, и нет. Пока тебя не было, я добил бутылку. Потом появился Бабкин. Совсем никакой. Позвали тебя. Ты молчишь.