Механик (СИ)

Поворачиваюсь к нему спиной и выполняю его просьбу. Не сгибая ног в коленях, медленно снимаю трусики.

– Твою ж мать!.. – шипит он.

Переступив через клочок ткани, смотрю на него из–за плеча. Он торопливо скидывает с плеч рубашку и берется за ремень.

– Ложись.

Сдергиваю покрывало и устраиваюсь на подушках. Я тоже хочу смотреть на него. Потому что… я меня нет слов… он стал еще красивее, чем был.

Сняв с себя брюки сразу вместе с боксерами, Матвей идет ко мне. А я, забыв, как дышать и моргать, поглощаю глазами его идеальное тело.

Опираясь коленом в кровать, он вытягивается поверх меня, и какое–то время молча кружит глазами по моему лицу.

– Трогай меня, – прошу я.

Плавлюсь от соприкосновения с его телом, млею от его близости и запаха кожи, но мне этого мало. Хочу его рук, языка, вкуса. Хочу его всего.

– Даже не сомневайся, потрогаю везде… – будоражит его голос, – ни единого сантиметра не пропущу… ни одной дырочки…

Закусив губы и прикрыв глаза, я молча стону под ним.

Удерживая вес на одной руке, Матвей проводит пальцем второй вдоль моих бровей. По лбу, словно пытается разгладить продольную морщинку, вдоль линии носа, а затем, наклонившись, целует его кончик.

Так же, как делал это раньше.

Закрываю глаза, пытаясь скрыть подступающие слезы. Знал бы он, как не хватало мне этого, как скучала я по этой его привычке!.

Палец перемещается на губы. Обводит их контур несколько раз, слегка надавливая. Я смотрю в его напряженные глаза, немного разомкнув губы, касаюсь языком подушечки его пальца.

Матвей замирает.

Вдавливается в меня бедрами и проталкивает фалангу пальца в мой рот.

Глухо стону, обхватывая его губами.

– Я так зол на тебя, Принцесса… – сдавленно шепчет он, – так зол!..

Прохожусь языком по подушечке пальца.

Пусть.

Пускай злится. Пусть даже ненавидит меня.

Освободив рот, накрывает ладонью мою шею. Ощутимо сдавив ее, тихо проговаривает в раскрытые губы.

– Ты задолжала мне семь лет…

– Я все возмещу, любимый…

– Ты украла у меня первые годы жизни моей дочери…

– Я рожу тебе еще…

– А кто вернет мне эти семь лет?! Семь, бл@дь, лет я считал тебя последней тварью!

– Прости…

Он упирается свои лбом в мой и шусно выдыхает.

– И ты меня... Прости тоже... Оба виноваты...