Механик (СИ)

Если бы он раньше, когда я беременная одна сутками на пролет ждала его с работы, писал мне такие сообщения, то возможно сейчас все было по другому.

Отправляю ему сухое «Ок» и, забрав телефон, иду на кухню включить чайник. Мы с Марго сегодня дома одни. Наташа, воспользовавшись, нашим отъездом, уехала на пару дней к подружке на дачу.

Минут через десять мой телефон вновь оживает.

«У тебя все нормально?»

Застывшим взглядом смотрю в экран. Он сейчас намекает на мою вчерашнюю истерику?..

«Да, спасибо»

«Как прошел твой день?»

Он издевается? Зачем он это делает? Лезет на мою личную территорию.

И его невеста! Он строчит мне сообщения втайне от нее?.. Потому что я точно знаю, ей бы это не понравилось!

Оставив сообщение неотвеченным, завариваю себе чай с ромашкой и, оставив его остывать на столе, иду укладывать дочку. Обычно она сама засыпает около десяти вечера, но сейчас, взбудораженная, может скакать и прыгать до ночи.

Вернувшись в кухню через двадцать минут, нахожу в телефоне непринятый вызов.

От Матвея.

Что ему от меня надо?

Не успеваю додумать, как смартфон в моей руке начинает вибрировать.

– Да?

– Аня, ты дома? – его хрипловатый голос разгоняет по телу мурашки.

– Дома…

– Я хочу видеть Марго.

– Ты на часы смотрел, Матвей? – стараясь не повышать голоса, говорю в трубку, – она уже спит.

В динамике шумит его тяжелый вздох.

– Впустишь меня?

– Куда?..

– Открой дверь.

Словно загипнотизированная, прохожу по коридору и открываю входную дверь.

Прижав руку с телефоном к груди, смотрю, как Матвей стоит на нашей террасе, подпирая бедрами перила.

– Ты поздно…

– Знаю… прости…

Оттолкнувшись, он подходит ближе.

– Можно я посмотрю, как она спит?

Его близость путает мысли.

Вместо того, чтоб отправить Матвея домой к невесте, я несколько раз согласно киваю и отступаю, чтобы пропустить его в дом.

Он проходит мимо, слегка задевая меня предплечьем, бесшумно разувается и скрывается в ванной, очевидно для того, чтобы вымыть руки.

В отупении наблюдаю, как, тихо приоткрыв дверь детской, Матвей заходит внутрь.

– У нее чуткий сон? – спрашивает он, когда я останавливаюсь за его спиной.

– Нет, она крепко спит.

Тусклый свет ночника золотит щеку Марго и делает ее лицо настолько невинным, что она становится непохожей саму на себя. Разметавшиеся по подушке светлые волосы и приоткрытый ротик делают ее младше на пару лет.