Механик (СИ)

Молча, исподлобья, наблюдает, как я приближаюсь к столу и без приглашения опускаюсь на стул напротив него.

– Что ты хочешь? – спрашиваю, глядя на свои, сложенные на столе, руки.

Глава 28.

– Что ты хочешь?

Матвей откидывает голову назад и чешет языком клык. Отяжелевшие веки говорят о том, что он уже изрядно захмелел.

– В идеале – забрать дочь и лишить тебя материнских прав.

Глушу агрессию в зародыше. Я пришла сюда договариваться, помочь ему принять правильное решение.

– Зачем она тебе?

– А тебе?

– Она моя семья, – отвечаю тихо, – у тебя скоро будет своя…

Все так же, откинувшись на спинку, Матвей сверлит меня взглядом.

– Почему ты думаешь, что вправе решать за меня?.. М?.. Вершительница судеб нашлась…

– Матвей, – прочистив горло и поправив на коленях сумку, продолжаю, – вряд ли Веронике понравится…

– Со своей женщиной я разберусь сам, без твоих советов!

Игнорирую болезненный укол за грудиной и предпринимаю последнюю попытку.

– Нам придется встречаться.

– Как–нибудь переживу. Я установлю отцовство и дам ей свою фамилию, – откупорив бутылку, наполняет бокал, – Сейчас у нее какая?.. Коган?..

– При чем здесь Коган?

– Будешь?.. – указывает глазами на бутылку виски.

Отрицательно машу головой.

– Она Романова…

– А отчество?

– Матвеевна…

– И на том спасибо… – глухо проговаривает он и опрокидывает в себя спиртное.

Почему у Марго должна быть фамилия Давида?.. При чем он тут, вообще? Я его даже ни разу после родов не видела.

– Это все?

– Нет. Еще я хочу, чтобы девочка знала, что я ее отец. Я собираюсь участвовать в ее воспитании.

– У девочки есть имя!..

Меня изрядно подбешивает это его «я хочу». Делаю серию глубоких вдохов, чтобы не сорваться и не вывалить на него все, что я о нем думаю.

– Я в курсе.

– Называй ее по имени!

– По имени?! – взрывается Матвей, – я, бл@дь, пару часов назад узнал о ее существовании! Случайно!!!

– Не смей орать на меня! – взвизгнув, интуитивно отвожу тело назад.

Соскочив, он отпинывает стул, который с грохотом летит в стену за его спиной, и, оперевшись двумя руками с стол, нависает надо мной.

– Какая же ты сука!

Задрав подбородок, стараясь не выказать страха, смотрю в его, искаженное злобой лицо.

Как же хочется плеснуть в него ядом. Уязвить, укусить побольнее.

– Так, может, перепишешь на дочку мою квартиру?..