Мелисанта. Наследница дара

Но я не знаю, как бы сама поступила на его месте. В любом случае, время нас рассудит. Свою позицию я озвучила, дальше выбор за ним. Если судьбе будет угодно снова нас свести, и он будет свободен от обязательств перед Амильеной, то да, я дам ему второй шанс.

-Поневоле начинаю ему завидовать, - усмехнулся мужчина. - Заполучить расположение такой женщины, дорогого стоит. И, кстати, откуда такая осведомленность о делах моей дражайшей сестры? Ведь она прятала свое сокровище, и не позволяла Кристофу появляться в высшем обществе, опасаясь, что какая-нибудь красавица похитит его сердце.

-Мы учились на одном курсе лекарского факультета, - пояснила я. - И хотя принцесса редко появлялась на занятиях, но всегда любила эпатаж и всеобщее внимание. В одно из таких появлений она во всеуслышание заявила о своей проделке с бастардом герцога де Штаера. Предупредив напоследок, что прикончит любую из нас, если хоть искоса посмотрим на ее мужчину.

-Поступок вполне в стиле сестрицы, - процедил сквозь зубы принц.

-Раз уж мы разобрались с этим вопросом, - продолжила я, - предлагаю закрыть эту тему, и перейти к цели моего визита.

-Что же ты хочешь, столь настойчиво, со мной обсудить? - вопросительно вскинул бровь Оливер.

-Для начала магическую клятву, мой принц, - жестко усмехнулась я, - о том, что все, что я поведаю, не будет использовано против меня и разглашено третьим лицам.

-Не доверяешь мне? - лукаво взглянул на меня мужчина. - И что будешь делать, если я откажусь?

-Как показывает практика, доверять не стоит даже самым дорогим людям, - спокойно ответила я, - что уж говорить о главе тайной разведки. Если не принесешь клятву, то не узнаешь, как завершить конфликт с хиласами без больших потерь для государства.

Оливер Сианский напрягся всем телом, взгляд стал острым, как бритва, а губы превратились в тонкую линию.

-Откуда у тебя могут быть такие сведения? - требовательно спросил он. Всю его напускную браваду, как рукой сняло. Теперь передо мной сидел собранный глава тайной разведки и департамента внутренней безопасности, который мог легко уничтожить кого угодно, если в этом будет необходимость для государства.