Медвежья кровь

Он рассмеялся от удивления, подхватывая меня почти на лету и прижимая к своей обнаженной и по-прежнему такой горячей груди, а я уткнулась в его шею и шумно выдохнула с ясным осознанием того, что большего мне и не нужно — лишь бы моя семья была счастлива и медведь был рядом.

И все-таки эта ночь изменила многое.

Открыла мои глаза на то, чего я хочу.

Запрокинув голову, я смотрела на него, утопая в сиреневых глазах, направленных на мое лицо, и прошептала:

— Я больше не боюсь! И хочу быть твоей! Не из-за страха смерти, а по-настоящему!

Медведь улыбнулся, а зрачки в глазах снова полыхнули и стали расползаться.

Но я хотела этого. Хотела знать, что его не остановит наша первая неудачная попытка и он не откажется от того, чего мы оба хотели.

Я потянулась к нему первой, сцепив крепко руки на его шее и прижимаясь всем телом, чтобы поцеловать так, как только умела.

Как он целовал меня этой ночью.

Так, чтобы он понял, что я настроена решительно.

Его губы были мягкими и горячими, когда я коснулась их языком и проскользнула внутрь, чтобы коснуться его языка.

Медведь застонал, обхватывая меня руками и приподнимая над полом, но тут же ответил на поцелуй, словно прыгнул с разбегу в обрыв.

— …А еще тебя рыба ждет, — с улыбкой пробормотала я в его губы, отрываясь лишь ненадолго, чтобы кивнуть на стол, где лежали две кучки — одна с жареной рыбой, а вторая чищеная, но сырая, которую я оставила на тот случай, если ему захочется натуральной речной еды, так сказать.

— Рыба подождет, — отозвался медведь, снова припадая в жадном поцелуе и усаживая меня прямо на стол, отчего я недоуменно хихикнула.

"Тонкие бретельки ночнушки упали с плеч стараниями медведя, и он встал между моими ногами, обхватив колени и разведя их в стороны, продолжая целовать так, что голова кружилась, а сердце стучало радостно и восторженно.

Он не отказался от меня!

Больше я не сжималась от страха и смущения, даже когда его губы коснулись моей шеи, а затем и вовсе опустились на обнаженную грудь.

Я только ахнула от того, как новые эмоции и ощущения пронзили меня, но обхватила его голову руками, зарываясь в черные волосы, а медведь заурчал, вставая на колени передо мной.

Он наслаждался каждым прикосновением, не сдерживая эмоций и касаясь настолько откровенно и горячо, что я задыхалась, но не хотела прекращать эту сладостную игру, в которой узнавала себя и собственное тело.

Так чувственно и откровенно, как не могла бы себе представить даже в самых смелых мыслях.