Медорфенов. Книга 5. Последний рейд

В основном поднимался пользуясь трещинами в камнях, но там, где их не было, приходилось использовать барьеры как опору.

Погода стояла на удивление безветренная, и даже на вершине башни никакой резкий порыв не спешил меня сдернуть вниз. Зато вниз поползло кое-что другое, а именно мое настроение.

Чем выше я поднимался, тем явственнее понимал, что магический фон от стен значительно снижается, и вместе с этим ни намека на конструкт, который мог бы скрывать природный источник энергии, даже истощенный, не наблюдалось.

"Уже просто из принципа добрался до вершины, пробравшись внутрь башни через очередной проем в стене, и огляделся. Плетение ночного зрения работало прекрасно, так что очередной пустой зал, ничем не отличающийся от такого же на первом этаже, предстал передо мной как на ладони. И для чего тогда эту махину делали такой высокой? Потешить свое эго?

Не найдя ничего интересного, разочарованный направился вниз. Дозорный на входе в лагерь не заметил моего возвращения, и спустя несколько секунд я снова стоял недалеко от своего лежака.

Понимая, что вряд ли что-то обнаружу, всё равно активировал магическое зрение, поморщившись от усилившийся боли в глазах. Как и ожидалось — пусто. А значит, либо легенда про источник действительно всего лишь легенда, либо он находился настолько глубоко под землей, что никакое магическое зрение не поможет мне его обнаружить сквозь толщу породы.

Значит всё-таки спать?

Снова перевел взгляд на свою лежанку, чтобы в очередной раз понять, что не смогу заснуть. Ладно, в таком случае хотя бы прогуляюсь по городу. Главное вернуться до того, как лагерь начнет просыпаться, но до этого момента у меня точно есть ещё несколько часов.

Через несколько минут я уже шел по молчаливым городским улочкам, подсвечивая сканирующим плетением полуразрушенные дома. Исследовательский дух во мне никуда не делся, так что я пытался найти хоть что-то интересное, в то же время прекрасно понимая, что всё это самое интересное скорее всего уже давно рассыпалось в труху. Если не время, то пожиратель приговорил все вещи, которые в теории могли представлять для меня хотя бы мало-мальскую ценность.