Медорфенов. Книга 5. Последний рейд

Это буквально неуловимое чувство раз за разом ускользало из моих рук, сбивая концентрацию, а магическое зрение всё также не показывало ровным счетом ничего. Нет, я точно что-то делаю не так.

Открыл глаза, прекращая эксперименты и вглядываясь в кромешную черноту ночи. Облачное небо не пропускало на землю ни единого лучика света, из-за чего увидеть что-то дальше вытянутой руки было невозможно, но мне и не требовалось прибегать к помощи примитивных органов чувств. Зрение, слух и обоняние можно обмануть без особых проблем, а вот сделать то же самое с интуицией опытного одаренного в десятки раз сложнее.

"А что если?.. В голове возникла неожиданная мысль, и я опустил взгляд вниз, на ладонь, которая продолжала сжимать розовые лепестки.

Эмма говорила, что используя аспект я интуитивно применяю чистую энергию, хоть и не понимая, как именно это делаю. Применяю энергию, о существовании которой не подозревал ни я, ни мои коллеги из прошлой жизни. Так какой смысл в том, что я пытаюсь обнаружить эту неведомую энергию привычным мне способом? Если бы магическое зрение было способно на это, то если не я, то кто-нибудь другой обязательно случайно наткнулся бы на неизвестную аномалию.

Воспрянув духом, я взял новую горсть лепестков и снова принялся изменять их аспектом, но при этом больше не использовал магическое зрение и другие сканирующие плетения, которые всё равно ни разу ничего не показали.

Пять минут. Десять. Пятнадцать. Двадцать… С каждой секундой было появившийся энтузиазм утекал, как вода сквозь пальцы, а нарастающее раздражение сбивало ощущение резонанса, мешая медитации.

— Хах, — наконец я не выдержал, и из моей груди вырвался нервный смешок. Губы изогнулись в ломаной усмешке. — Нет, я однозначно тупой.

Ну кому ещё могла прийти в голову мысль, что если проверенные годами способы не работают, то для успеха достаточно просто сидеть и ничего не делать? Нет, я конечно пытался что-то там понять и почувствовать, но это скорее было похоже на бред мечтателя-деревенщины, который каждый раз перед сном представляет, как становится великим воином и разносит злодеев направо и налево, однако на следующее утро не может даже встать с лежанки с первыми петухами.

Сменил позу, свесив ноги с края камня и облокотившись спиной на стену.