Медорфенов. Книга 5. Последний рейд

Тварь, к слову, была более чем необычной. Прямо на моих глазах лицо бывшего человека распадалось на какие-то щупальца, отростки и просто куски плоти. На некоторых из них были то ли шипы, то ли странное подобие зубов, с зеленым налетом на концах. Не хотелось бы проверять на своей тушке, насколько острые эти штуковины.

Такая же трансформация происходила и с остальным телом. Укрепленная одежда рвалась в клочья, ноги и руки бугрились, распадаясь на толстые бесформенные куски алой плоти, а грудная клетка взорвалась ворохом щупалец, на концах которых виднелись круглые белые шарики.

Глаза что ли?

К сожалению, дальше наслаждаться просмотром у меня не получилось — остальные члены рейда, шокированные таким неожиданным происшествием, наконец-то вступили в бой. А точнее сказать, вступил в бой всего один."

"Не успел я моргнуть, как тварь приплющило к земле словно огромным многотонным блином. Во все стороны брызнула алая слизь, а камень в месте удара немного промялся, словно на него наступил огромный великан. Хотя почему словно?

Позади этой необычной картины возвышался наш гигант, явно причастный к произошедшему с осьминожкой-переростком.

Значит, гравитация? Очень даже неплохо.

— Что произошло? — откуда-то сзади раздался громкий голос Марии.

— Сиг больше не с нами, — безэмоционально произнес гигант. — И судя по всему, уже довольно продолжительное время.

— Но как и когда? — Эдельвайс довольно быстро поняла, что случилось, взглянув на куски одежды, местами всё еще оставшейся на подрагивающих конечностях твари.

— Не знаю, — покачал головой Охтар. — Но сейчас меня больше интересует другое — почему она так неожиданно раскрыла себя. В чем смысл?

Рука гиганта потянулась к рации в нагрудном кармане.

— Орел, у вас там всё чисто?

— Так точно, командир, — сразу же затрещала рация.

— Возвращайтесь назад, мы сворачиваемся.

После гигант обратился уже к нам:

— Пострадавшие есть?

К счастью, даже парочка стоящих ближе всех к твари бойцов успела среагировать, так что все отделались лишь легким испугом.

— Тогда выдвигаемся, готовность одна минута.

Ровно через шестьдесят секунд мы уже сидели по своим местам, а еще минут через пять езды картина происходящего немного прояснилась.

— Командир, есть новости, — на груди у Эдельвайс затрещала рация.