Медорфенов. Книга 5. Последний рейд

Следом на глаза попалась небольшая шведская стенка и несколько манекенов для отработки ударов.

— Обычно я тренируюсь здесь, — пояснила принцесса, наткнувшись на мой заинтересованный взгляд. — Если надо переодеться, то мужская раздевалка вон там, — девушка показала тонким пальчиком куда-то в дальний угол двора. — Пользоваться можешь всей одеждой, которую найдешь.

— Не надо, — покачал я головой, снимая пиджак с плеч и накидывая его на ближайшую стойку. Конечно, совсем не тренировочная одежда, но глубоко надеюсь, что мне не придется выписывать тут пируэты и крутить вертушки — такого мои брюки точно не выдержат.

— Как хочешь, — пожала девушка плечами и направилась ровно к центру арены. — Бой без оружия, правила упрощенные. Без партера, падение или выход за границы территории — сразу проигрыш. Вопросы?

— Я готов, — дружелюбно улыбнулся Арине, и девушка тут же сорвалась с места.

Стоит отметить, что принцесса действительно что-то умела и даже попыталась сходу взять меня в какой-то хитрый захват, словно тень проскользнув через барьер моих рук, которые я выставил перед лицом в защитной стойке.

Всё-таки не зря я страдал и пичкал себя укрепляющими эссенциями первый месяц своего пребывания в этом мире — скорость реакции и сила значительно превышали таковые у обычных людей. Но, конечно, до идеала оставалось ещё ой как далеко.

— На этом всё? — уточнил я у принцессы, которая так и продолжала сидеть на земле с растерянным видом.

— Нет! — упрямо помотала головой Забельская, поднимаясь на ноги. — Тебе просто повезло! Ещё раз!

— Хорошо, — согласно кивнул я. — Но тогда за каждый спарринг твой вклад в мое снаряжение будет расти.

Арина оставила мое предложение без ответа и снова отошла на исходную позицию. Ладно, будем считать, что это означает «да».

Снова короткая и яростная атака, и снова принцесса падает на землю, на этот раз уже лицом вниз.

— Ещё! — упрямо буркнула принцесса, всё больше распаляясь.

— Любой каприз за ваши деньги, — учтиво улыбнулся я, и спустя несколько секунд Арина снова растянулась на земле.

Правда на этот раз наслаждаться созерцанием своей победы мне не дали — я почувствовал на себе чье-то внимание.