Media Sapiens. Повесть о третьем сроке

– Это по поводу того, что вчера на «Эхо» была программа о том, что госструктуры отнимают все оставшиеся мало-мальски интересные активы Березовского – будь то сырьё, СМИ или просто компании, в которых у него есть участие. Заставляют продавать за копейки и проч. И это после того, что он продал государственным компаниям почти все. Мы вчера в Интернете, везде, где только можно, распространили плакат, – Генка протягивает назад файл. В нём картинка, изображающая Бориса Березовского в образе Алёнушки, скорбно сидящей на берегу пруда с распущенными волосами и грустящей по потерянному братцу.

Над рекой стояли ивы.Низко головы склоня.Я продал свои активы,Отъебитесь от меня!Мы хохочем.

– Сильная вещь, – восклицает Вадим.

– Да уж, – я кидаю файл на переднее сиденье. – а чего ответил Комитет Третьего Срока?

– Они, похоже, всерьёз озаботились пиаром возвращения активов государству, – Генка передаёт мне ещё один файл, – это сегодня с утра в блогах и на некоторых новостниках, в качестве стёба.

Плакат был разделён косой чертой по диагонали. Две части объединила надпись – «Роман Абрамович продаёт „Сибнефть“ Родине по справедливой цене». В правой части плаката, на фоне Вестминстера, стоял Роман Абрамович, одетый в форму футбольного клуба «Челси». Он махал правой рукой и застенчиво улыбался. Над его головой лепились друг к другу латинские буквы, исполненные готическим шрифтом:

«Motherland. You have never been in love!»

В левой его части на фоне Кремля был изображён Владимир Путин в красном адидасовском костюме с гербом СССР, поднявший над головой сцепленные в замок руки, на манер приветствия победившего олимпийца.

«Родина. Когда любишь – не считаешь!»

– Это пять, – сказал Вадим и закашлялся, – тока «Ю хэв невер бин ин лове» не так переводится. Это значит «Вы никогда не влюблялись». Неправильный перевод.

– Это перевод… кого надо перевод. Правильный, не то слово, – ответил я, – Ген, а кто у них креативит все это?

– Не знаю, по ходу, какие то молодые перцы из «Лайв-Джорнал».

– Это Моррисси, я только забыл, как она называется, такое длинное название…

– Чего-то там, «Лайт зет невер…» – предполагает Вадим.

– Не, не она. Ладно, проехали. Ген, а нам бы таких креативных где взять?

– Так, может, это кто из наших и есть, я же не в курсе.

– То есть как? – я подаюсь вперёд и смотрю на Гену.

– То есть так.