Легкие отношения

Он в любые приключения ныряет головой, даже не проверив глубину водоема. Он каждый раз искренне надеется на то, что его защитит кто-то, кому это было поручено при его рождении. Безрассудство — одна из самых очаровательных и пугающих сторон этого мужчины. Он никогда и ничего не делает наполовину. Всегда за секунду взвешивает все возможные варианты исхода. А еще Морган никогда не сомневается. Если принял решение — не колеблется. С таким мужчиной спокойно. Он предпримет все необходимые действия, чтобы защитить и обезопасить свою женщину.

Надежный. Но он будоражит кровь именно своими безрассудствами. Он как медаль с двумя сторонами. И это, пожалуй, слишком сильно притягивает. Хочется изучать каждый миллиметр его души, чтобы понять причину его поступков.

Потерявшись в мыслях о Моргане, я стояла и монотонно постукивала в дверь начальника, пока тот сам не открыл ее.

− О, мисс Грейнджер. У нас новая традиция? Поборола страх унитазов, переключилась на дверные ручки?"

"Я вопросительно приподняла бровь, пока до меня не дошло.

В прошлом году моя однокурсница Стейси — ныне редактор журнала о здоровом образе жизни — так правдоподобно написала статью о количестве бактерий на общественных унитазах, что я неделю сходила с ума. Я так боялась ходить в туалет на работе, что даже дошла до ношения взрослых подгузников. Да, накрутить я себя умею. Этот дурдом продолжался, пока кто-то на работе не подсыпал мне слабительное в кофе. Вот тогда мне стало наплевать на количество бактерий под ободком унитаза. Я провела там целый день и сроднилась с бактериями. Я так и не узнала имени разработчика диверсии. Но, судя по хитрой ухмылочке Рича, это был он. Ему просто надоело неадекватное поведение одного из его лучших редакторов.

− Нет, − ответила я, выдавив из себя ехидную улыбку. — Просто задумалась.

− Надеюсь, над тем, как улучшить статью о Стайлзе? — спросил Рич и пошел в свой кабинет, молча приглашая последовать за ним?

− Тебе разве не понравилось?

− Статья потрясающая. Именно такая, которую я ждал от тебя.

Я прикрыла дверь и, пройдя к столу, присела в кресло. Рич крутил в руках карандаш. Его дубовый стол был усыпан макетами статей, и я знала, чем он занимался. Предварительная верстка номера. Того, в который попадет моя статья о Моргане.

− Тогда почему ты просишь меня ее улучшить? — спросила я.

− Не прошу. Но, может, наш знаменитый архитектор что-то подправил. И ты ломаешь голову, как бы оставить содержание, убрав слова, которые ему пришлись не по нраву.