Мечников. Том 11. Свет разума

— Если вы хотите сказать, что эта «частная клиника» — плата за помощь, которую оказал вам Алексей Александрович, то вам придётся своими деньгами оплачивать все затраты. Вы же это понимаете?

Я уже понял, к чему клонил архитектор. Поэтому решил взять инициативу. Негоже, что такой добропорядочный человек отбивается от нападок Кудряшова, которого, судя по всему, интересуют только деньги.

— Афанасий Амосович, ну ведь очевидно, что Мирослав Дмитриевич не будет платить за эти помещения. Какие тут могут быть вопросы? — пожал плечами я.

Анна с интересом наблюдала за нашим диалогом. Она ещё не поняла, к чему я клоню. Зато архитектор, кажется, понял, что мысли у нас сошлись.

— Погодите, ничего не понимаю, — недоумевал Кудряшов. — Если архитектор не будет платить за эти помещения, тогда чьи деньги пойдут на этот проект?

— Разумеется, мои.

Мой ответ заставил Кудряшова улыбнуться. По блеску в глазах вижу, как он почувствовал запах наживы. Ну естественно! Отличный шанс вытащить из клиента ещё пару тысяч рублей.

— Так значит, Алексей Александрович, вы оплатите затраты на эти помещения? — уточнил Афанасий Амосович.

— Нет, — помотал головой я.

Кудряшов оторопел. Видимо, окончательно запутался в моих суждениях.

— Погодите, Алексей Александрович, вы ведь только что сказали, что всё оплатите сами, — нахмурился он.

— Так я уже оплатил. Забыли? Я отдал деньги с избытком, — произнёс я.

— Всё так, Алексей Александрович, — улыбнулся архитектор. — Не пропадать же деньгам без толку?

Кудряшов вскипел, но всё же смог сдержать скопившуюся в нём ярость. Конечно! Он ведь тоже не хотел, чтобы деньги пропадали без толку. Скорее всего, он собирался их сэкономить и разделить между руководством компании. Или забрать всё себе.

Но ему не повезло. Архитектор оказался добропорядочным человеком.

— Ах, ну да… — вздохнул Кудряшов. — Всё верно, господин Мечников. В таком случае у меня к вам больше нет вопросов. Вы нам ничего не должны.

Последние слова дались ему тяжко. Но деваться было некуда. Теперь уже всё решено.

Перед тем как покинуть особняк, я задержался, чтобы обсудить с архитектором ещё один момент. Наедине.

— Мирослав Дмитриевич, у меня к вам всего один вопрос, — произнёс я.