Мажор в деревне (СИ)

Я бы не тронул, заметь я в них страх, но там волнение, интерес, на самом дне разгорающееся желание. — Ты вкуснее.

Глава 12

********    ********

Лена

Не заметить, что меня заманивают в тихую безлюдную часть, было сложно.  Намерения мажора невинными не назовешь. Хотя об этом стоило бы догадаться по тому, как Вадим на меня смотрит. От этого взгляда становится жарко, по телу разливаются незнакомые ощущения. Приятно, если быть откровенной с собой. Приятно видеть голодное дикое желание в глазах красивого мужчины.

Робнер обещал дальше поцелуев не заходить.  Я и сама была не против, поэтому сопротивлялась лишь для приличия.  Вадим целуется так, что у меня ноги становятся ватными, а в животе порхают бабочки, посылая импульсы в нервные окончания.

Оказывается, я вкуснее персика. Дурацкий комплимент, но он вызывает глупую улыбку на моих губах, а где-то в области сердца теплеет. Вадим притягивает к себе, накрывает мои губы своими.

Первые секунд двадцать он пытается быть сдержанным, целует нежно, но без вдохновения. А потом усиливает прикосновения, поедает меня языком, губами, зубами. Мои губы точно опухнут так, что придется врать, что была на процедуре по увеличению губ.

Рука Вадима оказывается на бедре, ползет вверх, посылая табун мурашек по коже.

— Мама, смотри! — детский крик приводит меня в чувство, пытаюсь отпрянуть от Робнера, но тот слишком увлекся и на мое сопротивление лишь продолжает целовать мне лицо, шею, ключицы…

— Там ребенок, Вадим! — отталкиваю его ладонями, но это каменное изваяние не так-то просто подвинуть.

— Бабочка, бабочка! — продолжает кричать мальчишка лет трех."

"Робнер рычит зло, но выпускает меня из своего стального захвата. Можно вздохнуть полной грудью. Вадим откидывает голову назад, закрывает глаза и громко дышит. Руки, сжатые в кулаки, лежат на коленях.

Пойду-ка я схожу за мороженым, пока он тут медитирует. Тихо встала, но не успела сделать и шага.

— Стоять! — не открывая глаз. — Куда собралась?

— Принести что-нибудь холодненькое.