Матрешка в перьях

А за камерой Леня.

– Хай! – помахал рукой парень в кожаных брюках. – Нам нужна простая бытовая картинка. Обычное утро, вы проснулись, пошли в туалет, устроились поудобнее и отвечаете на вопросы. Естественная ситуация. Не люблю постановочных съемок.

Я возразила оператору:"

"– А вам не кажется странным, что женщина беседует с прессой в процессе, так сказать… э… Ну, вы понимаете.

Ксения махнула рукой.

– Подумаешь! У звезд свои причуды. Пожалуйста, устраивайтесь.

Я покорно села на унитаз, предусмотрительно опустив крышку на круг.

– О’кей, – пробормотал Леонид. – Нет, это скучно. Невкусно. Нет драйва. Лампа, вам не трудно переодеться? Джинсы и рубашка это совсем не звездно. Селебретис должна быть в шубе, перьях, диадеме…

Мне стало смешно.

– Сидеть в сортире в манто уж совсем необычно. И у меня только полушубок из синтетики.

Леня снисходительно улыбнулся.

– Пошутил я насчет соболей. Подойдет вечернее платье, желательно однотонное. Ярко-красное, зеленое или оранжевое.

Я рассмеялась. Потом увидела, что оператор стоит мрачнее тучи, и осведомилась:

– Вы всерьез? Предлагаете мне утром сидеть на толчке в наряде для пафосного вечернего выхода?

– Поверьте, получится прекрасно, – пообещал Леонид.

– Ну, ладно, – пробормотала я и отправилась в гардеробную.

– Драгоценности не забудьте! – крикнула мне в спину Ксения. – Колье, «люстры» в уши, кольца, браслеты.

Через пятнадцать минут, оглядев меня со всех сторон, Леонид издал одобрительное покашливание.

– Шикарно. То, что надо. Наденьте диадему, а то пустая голова плохо смотрится на экране.

– У меня нет такого украшения, – смутилась я. – И надеюсь все же, что моя голова не совсем пуста, внутри есть мозг.

– Ц-ц-ц, – зацокал языком оператор.

– Секундочку! – закричала Краузе и унеслась.

– Усаживайтесь, – велела Ксения. – Ножки налево, голову направо…

– Уймись, – процедил сквозь зубы Леонид, – твое дело текст, не мешай. Лампа, опустите плечи, поднимите подбородок…

– Вот! – завопила Роза Леопольдовна, вбегая в гостевой санузел.

– Дорогая, правда жизни никому не нужна, – снисходительно заявил Леонид. – Открою секрет: на экране лучше всего смотрится фейк.