Мастера детектива. Выпуск 2

Он все заметней волновался. – Но мы ведь шли к мадам Нил?

Дермот оставил его слова без внимания.

– Сэр Морис, – спросил он, – всегда сидел по вечерам, не спуская штор?

– Скорей всего. Такая жара.

– Значит, убийца страшно рисковал?

– Чем?

– Что его могут увидеть из верхнего этажа любого дома напротив, – пояснил Дермот.

– Нет, вряд ли.

– Почему же?

Мосье Горон пожал плечами, которые были редкостным достижением его портного.

– Сезон в нашем прекрасном городе, – сказал он, – практически кончился. В этих виллах сейчас почти не живут.

– Разве?"

"– Виллы по обе стороны от мадам Нил сейчас пустуют. Для верности мы расспросили кого только возможно. Единственное лицо, которое могло что–то видеть, – это сама мадам Нил. Но если бы вдруг, паче чаяния, и оказалось, что не она убийца, то и тут бы она ничем не могла нам помочь. Потому что у нее, как вы бы выразились, мания: она всегда, непременно зашторивает окна.

Дермот надвинул шляпу на лоб.

– Друг мой, – сказал он.

– Ого?

– Например, мотивы, которые приписываются мадам Нил, простите, бред собачий. Сейчас я вам докажу.

Но доказательства не последовало. Мосье Горон, весь внимание, поглядел во все стороны, чтоб убедиться, что их никто не подслушивает. Заметив приближающуюся к ним со стороны бульвара Казино фигуру, мосье Горон схватил за руку своего спутника. Он увлек Дермота за ворота виллы Мирамар и закрыл их за собой.

– Мосье, – прошипел он, – это сам Горацио Лоуз, без сомнения, направляющийся к мадам Нил.

– Но…

– Прошу вас, не останавливайтесь. Вам нечего на него смотреть. Ей–богу, ничего интересного не увидите. Вперед – и звоните в дверь.

Звонить в дверь им не пришлось. Не успели они ступить на первую из двух ведущих к ней каменных ступенек, как дверь распахнулась у них перед носом. Те, кто оказался за дверью, удивились ничуть не меньше их. Из сумрака вырвался приглушенный взвизг.

Это, как догадался Дермот, была Ивета Латур. Темноволосая, большая, плотная, с крупными чертами, она, однако же, так стушевалась, что как бы слилась с мебелью холла. Недоумение на ее лице сменилось злобной радостью, сверкнувшей в черных глазках, чтобы тотчас уступить место безразличию. Увидев же вторую девушку лет двадцати с небольшим, мосье Горон так поразился, что у него глаза полезли на лоб.