Мастер возвышения

А брао – энергия распада идеальна, когда нужно что-то превратить в бессмысленную кашу изначальных частиц, или скажем вырезать узор в неразрушимом материале. Также и арис, божественная энергия имеет своё назначение, и назначение это – созидание. Без соединительных нитей из арис, не будет жить ни одна клетка во вселенной, и невозможно собрать из первочастиц ничего осмысленного.

Управление вселенной для начинающих. Краткое пособие. Том 1428.

Судя по звукам, один сначала взобрался по стене на второй этаж, скинул верёвку, и по ней начали подниматься остальные.

- Ханги, ты где? – В коридор высунулась небритая рожа, и бросив взгляд в обе стороны, открыла дверь пошире, чтобы получить тонкое лезвие в лоб, и сведя глаза в кучу, умереть ещё до того, как заботливые руки опустили грузное тело на пол.

Ещё четверо, пыхтя и чертыхаясь помогали взобраться по стене здоровенному мужчине с целой коллекцией кинжалов в ножнах, на поясе, на груди и даже за спиной.

Два коротких взмаха, и верёвка, которую уже никто не держал, выскочила из окна, а на улице раздался смачный «шмяк», и негромкая ругань.

Алекс шагнул на подоконник, и примерившись, спрыгнул вниз.

Под ногами что-то спружинило, хрустнуло, и обмякло, а Широков, несколько брезгливо посмотрел вниз.

- Ну я конечно мастер куда-нибудь вляпаться. – Осторожно сошёл с уже мёртвого тела, и решив прогуляться вокруг дома, нашёл ещё одну группу из пяти человек, которая пристраивала лестницу, чтобы взобраться на третий этаж.

Они о чём-то жарко спорили, когда из темноты появился Алекс.

- Господа, позвольте я вас перебью?

До завтрака сторожа и поднятые по тревоге слуги успели не только убрать трупы, но и привести дом в порядок, что было не так-то просто, учитывая сколько натекло крови.

Конечно слуги поделились со своими товарищами, а те разнесли новости уже по всему дому, и утро хозяйка встретила в той самой комнате.

- Хорошо постирали… - Заметила Тарлина, вглядываясь в рисунок ковра на полу.

- Заменили, госпожа. – Поправила её мажордом – строгая подтянутая женщина лет пятидесяти, со скуластым лицом, и глубоко посаженными глазами. – Тот ковёр тоже отстираем, но боюсь всё равно будет пахнуть. Так что я списала его в столовую для слуг.