Мастера детектива. Выпуск 1

Так что едва ли он там задержится.

– Вы хотите сказать, что он едет в Париж? На своем грузовике?

– А вы полагаете, что он отправится туда поездом?

– Разве он работает четырнадцатого июля?

– Да вы что, мадам, судя по вашему парижскому выговору, не мне вам, конечно, объяснять, но парижане едят каждый день. Даже четырнадцатого июля!

Я попросила дать мне Кольбер 22–18. В тот момент, когда меня соединили, я услышала стук в дверь. Прежде чем пойти открыть ее, я спросила в трубку, нельзя ли мне поговорить с Жаном Ле Гевеном.

Мне просто ответили: «Пожалуйста», – и он сразу же подошел к телефону.

Я ожидала, что его долго будут искать, и от неожиданности даже онемела.

– Да? Алло? Алло! – кричал он в трубку.

– Это Жан Ле Гевен?

– Да, это я.

– Здравствуйте, я… мы с вами встретились в субботу, помните, в Руаньи, после обеда? Белая машина, букетик фиалок?

– Да вы шутите…

– Нет, я серьезно. Помните?

Он рассмеялся. Я узнала его смех, перед моими глазами всплыло – очень четко – его лицо. В дверь снова постучали.

– Вы знаете, а фиалки–то завяли, придется мне купить вам другой букетик. Где вы сейчас?

– В Кассисе. Я вам звоню не из–за букетика – вернее, нет, именно из–за него. Я… подождите минуточку, прошу вас. Вы можете подождать? Только не вешайте трубку."

"Он снова рассмеялся и сказал, что подождет. Я соскочила с кровати, подошла к двери и спросила, кто там. Мужской голос ответил, что это официант, принес обед. Поскольку я была в одних трусиках, я побежала в ванную, схватила полотенце, обернулась им и опять подошла к двери.

Приоткрыв ее, я взяла поднос, сказала «спасибо, большое спасибо» и тут же захлопнула дверь. Когда я снова взяла трубку, Рекламная Улыбка еще был у телефона. Я сказала:

– Извините меня. Я в гостинице, у себя в номере. Ко мне постучались, принесли обед.

– Что у вас вкусненького сегодня?

– Что принесли? Сейчас. – Я взглянула на поднос. – Жареную рыбу.

Кажется, барабульку.

– И все?

– Нет. Еще что–то вроде рататуя, салат, креветки. Я звонила в Жуаньи, чтобы разыскать вас.

– Мне повезло. А зачем? Из–за фиалок?

– Нет. Не совсем.

Я не знала, как объяснить. Молчание затягивалось. Я спросила:

– Скажите, после того как мы с вами расстались, вы ведь ничего плохого мне не сделали?

– Вам?

– Да. У меня были неприятности по дороге. Я решила, что это вы надо мной подшутили, одним словом, что это вы. Я думала, вы меня разыграли.

– Нет, это не я. – Он говорил спокойно, но его тон стал капельку менее дружелюбным, менее веселым.