Мастера детектива. Выпуск 1

А про Гвинею и реактивные двигатели – это правда?

Он поднял правую руку, сделал вид, будто плюет на пол, и сказал:

– Да, там нужны техники.

– А мне казалось, что они приглашают только китайцев.

Он пальцами растянул глаза в стороны.

– Я ведь немножко и китаец.

– Слушай, поверь мне, я собираюсь поставить машину и поспать. И долго никуда не поеду.

– Я могу подождать вас в машине.

– Об этом не может быть и речи.

– В таком случае я мог бы поспать вместе с вами.

– Исключено, я во сне брыкаюсь. На Юг едет много машин.

– Я совершеннолетний.

Она покачала головой, вздохнула и снова тронулась в путь. Филипп сказал ей, что, если она не возражает, он мог бы завтра вести машину. Ведь ей, наверное, трудно с больной рукой. Она ответила: дорогой птенчик может не беспокоиться, до завтра она обязательно найдет способ избавиться от него.

У выезда из города она остановилась в саду какой–то роскошной гостиницы. Сад был забит машинами с номерами департамента Сена и заграничными.

– У тебя нет денег на номер?

– Нет.

– Ты ел?

– Я как раз ужинал. Но появились вы и лишили меня аппетита.

Она сделала три–четыре нерешительных шага по направлению к освещенному подъезду. В раскрытые окна она увидела несколько запоздалых посетителей, которые ужинали за столиками. Она остановилась и обернулась к машине.

– Ну? Идешь ты или нет? Он пошел за этой утомленной очаровательной длинноногой блондинкой. Она взяла номер с ванной для себя и этажом выше комнату для него.

– Но мне тоже нужна ванна.

– Обойдешься. Завтра утром помоешься в моей. Если хочешь, потру тебе спинку. Ты долго еще будешь дурить мне голову?

Он вошел вслед за нею в большую комнату с задернутыми шторами. Следом за ними служащий гостиницы в синем фартуке внес багаж. Увидев чемоданчик Филиппа, она удивленно воскликнула:

– Это не мой! Вы его взяли в машине?

– Это мой, – сказал Филипп.

– О, я вижу, ты не теряешься.

Она достала из сумки деньги для швейцара–это было нелегко из–за больной руки – и попросила заказать для них в ресторане что–нибудь поесть, пусть даже холодное.

Он оставил ее. Было уже за полночь, но снизу доносился хохот какого–то полуночника. Комната Филиппа оказалась гораздо меньше, чем ее, и не такая уютная. Окно выходило в сад.