Кротовский, может, хватит?

Мы даже дозвонились до Петра Хоромникова, чтоб посодействовал в выделении дополнительной мобилетной вышки. Мне, черт возьми, в Кречевске нужна связь.

— Сережка, — Анюта дождалась, когда я замолкну, — Есть один вопрос, который без тебя решить мы не можем.

— Что еще за вопрос?

— Младший брат Балакбая…

— Что, опять луку хотят? В прошлый раз мало было?

— Нет, наоборот. Брат Балакбая… его зовут Билимбай…

— А племянника по имени Бамблби у него нет случайно?

— Можно без подковырок?… я ж не просто так.

— Извини, я слушаю.

— Билимбай нормальный мужик, — вставил Комаринский, который тоже присутствовал на совещании, — Он, в отличие от непутевого братца, понимает, что разбоем дальше промышлять невозможно.

— Вот именно, — подхватывает Анюта, — Он предлагает водить торговые караваны. Хоть тот же лук возить.

— Ну что ж, я только за. Торговать и сотрудничать всегда лучше, чем враждовать.

— А еще он несколько женщин вернул.

— Каких женщин?

— Вдовых. С детьми. Русских женщин, Сережка. Они же крали женщин. Ну вот.

— А, вдовых. Понял. Я только не уверен, что в родных селах их примут, тем более с детьми от степняков.

— В этом и проблема.

— Подумайте, что можно сделать. Обустройте их как-то, лучше всех в одном месте. Они, считай, опозоренные по меркам крестьян, им лучше вместе держаться.

— Я примерно так и хотела.

— Хорошо. Если с текущими делами закончили…

— Сережка, одна еще новость… хорошая… правда…

— Ну, давай свою хорошую новость.

— У нас на счету мильон!

— Ого.

Комаринский выпятил нижнюю губу и со значением покивал.

— Ну все, теперь Кротовский совсем зазнается."

"— Не зазнаюсь. Комаринский, мне твоя помощь нужна.

— Ну… коли мильонщик меня вежливо просит… как тут откажешь.

— Мне нужно какое-то холодное оружие.

— Хм, а ты чем владеешь?

— Ничем не владею.

— М-да. Ладно, подумаем. Когда тебе нужно?

— Да вот, скоро уже. Прям сегодня.

— Поговорю с ребятами. Придумаем что-то.

В последнюю минуту перед полуночью я уединился в маленькой спальне за занавеской.

Я снова очутился в трактире с плошкой нектара… и снова без оружия ближнего боя. Я с тоской оглядел зал, но ни одного охотника не увидел. Все разбежались.