Кротовский, может, хватит?

Быстро сообразили, что сгустками черной магии охотничьих питомцев не пронять. В отличие от мелкого Гамлета, слишком они крепки для таких ударов. Магия смерти не дает достаточной концентрации, чтобы их убить или хотя бы серьезно ослабить. Даже мне такой «шлепок» только снял часть прочности с доспеха. И тогда некроманты сменили тактику.

Вместо сгустков тьмы они стали с двух рук выпускать небольшие вихри тьмы, накрывающие поле боя маленькими злыми тучками. В этих черных клубящихся облаках питомцы, надышавшись отравой, начали замедляться, а недоорки наоборот, будто нюхнули допинга.

А один недоорк проигнорировал замедлившегося удава, готового уже чуть ли не впасть в спячку, и помчался прямо на меня. Ныр решительно заступил ему дорогу, давая понять, что до моей тушки недоорк доберется только через волчий труп. У меня премиальные стрелы на откате, все, что смог — это засадить темному под забрало оперенную занозу.

Ныр вцепился недоорку в руку, сомкнув челюсти на запястье. К сожалению, рука недоорка хорошо защищена, прочный наруч и капканом не перерубишь. Свободной рукой темный выхватил из-за пояса кинжал. Я пустил в него еще одну стрелу. Он дернулся, рявкнул нечленораздельно и отвел руку в замахе, собираясь всадить кинжал в волчье брюхо.

И наверное всадил бы… Гамлет, кружащийся над полем разрядил в пехотинца молнию с довеском. Молния недоорка потрясла, а «довесок» взбодрил. Атака магией смерти, которую Гамлет получил после последнего слияния, темному скорее помогла, чем навредила. Пехотинец отхватил экспресс-процедуру электрошоковой терапии с последующим бодрящим душем.

Один только плюс от Гамлетовой атаки, недоорк потерял пару драгоценных секунд. Ныр все же исхитрился дернуть его за руку так, что тот потерял равновесие и начал валиться.

Так что… еще не известно в чью пользу закончилось бы сражение, если б не вступили в дело местные ремесленники. Ничего не подозревающие некросы собрались в зоне ловушек, и ремесленники их активировали. Как и в прошлый раз, ни один некромант обделенным не остался. Корни, ветви, стволы и колючки — все пошло в дело. Даже кони попали под раздачу.