Марь

 – Так почему же мне ваш язык не выучить? И вообще, – немного продумав, неожиданно заявляет он, – может, я на эвенкийке женюсь!

На ее щеках появляется что-то похожее на румянец.

– Тоже скажете! – произнесла она. – Нет, вы не женитесь на эвенкийке. Потому что… Потому что вы другие люди!.. Да у вас, наверное, на Волге и девушка осталась.

Грачевский покачал головой.

– Нет у меня никакой девушки, – говорит он. – Так что мое сердце свободно, и я могу жениться хоть на Бабе-яге…

– На Бабе-яге не надо – она злая… – улыбнулась Эльга.

Ну вот это другое дело, заметив перемену в ее настроении, обрадовался Грачевский. А то все хмурилась. Впрочем, и неудивительно, если учесть, как они холодно расстались в прошлый раз. А все потому, что они не поняли друг друга. Видно, права Эльга. Они и впрямь разные люди, и мир они видят каждый по-своему. «Но почему так, почему? – удивляется Грачевский. – Ведь Бог нас создал одинаковыми, а тут вдруг… Черт возьми, в одном государстве живем, а друг друга не понимаем! Не смешно ли?.

2

На следующий день Грачевский снова появился в библиотеке. На этот раз Эльга встретила его более дружелюбно.

– Ну, – спрашивает он, – вы готовы, сеньора, дать мне первый урок эвенкийского?.. Хотя нет, первый урок был вчера… Тогда я понял, что ваш язык… – Он на мгновение задумался, пытаясь найти точное слово. – Что ваш язык необычайно земной и добрый… Давайте начнем с того, что вы мне на нем что-нибудь прочтете…

В глазах Эльги растерянность."

"– Но мне нельзя… я на работе… – сказала она и невольно перевела взгляд на сидевших за столиками посетителей.

– Хитрецы! – заметив это, усмехнулся Грачевский. – Да их хлебом не корми – дай только послушать, о чем мы говорим.

– Ну так как?.. – с улыбкой произнес Володька, усаживаясь за небольшой столик, что находился ближе всех к ее библиотечной стойке.

Эльге ничего не оставалось, как уступить ему. Все равно ведь не отстанет, подумала она.

– Ну хорошо… – говорит. – У меня есть свободная минутка, и я могу вам почитать… Хотя нет, давайте я вам лучше расскажу сказку.

– Прекрасно! – воскликнул Грачевский. – Сказки – это… – Он хотел что-то сказать, но не нашел подходящего слова. – В общем, я готов слушать…

Эльга оказалась хорошей рассказчицей.