Марджорис

Данна Нианон отвечала на её вопросы прямо, и не увиливая, вызывая желание если не доверять, то хотя бы принимать на веру сказанное. Она рассказала о детстве, в котором даже не знала о своём происхождении, считая свою мать вдовой, о том, как узнала правду и как не хотела поначалу знать ничего о коронованной сестре, воспитанной вероломным отцом. Женщина, грустно улыбаясь, поделилась воспоминаниями о знакомстве с Фелисианной, как отчаянно ей тогда хотелось показать, что она ничем не хуже, что ей безразлично, что подумает о ней эта, с виду высокомерная, молодая женщина, уже королева целой страны на тот момент.

"Со слезами на глазах Рисса слушала о той части маминой жизни, которая ранее была ей неизвестна. Когда сестра предложила, Нианон отказалась возвращаться в Весторию. Тут у неё была своя жизнь, учёба, друзья, потом семья. Девушка с изумлением узнала, что у неё оказывается есть две кузины, Мелора и Феисия, а сама данна с недавних пор ни много ни мало декан одного из факультетов в Княжеской Академии магии и ведовства, что несказанно удивило принцессу.

Когда же разговор коснулся более недавних событий, и причин, по которым Рисса оказалась в Аданате, слёз не сдержали обе.

— Можно, я тебя обниму, девочка моя? Мне так жаль, — протянула к ней руки эта уже не чужая ей женщина, и принцесса не выдержала, позволив чувствам вырваться наружу, и когда вокруг неё сомкнулись объятия, рыдания сотрясли хрупкое тело.

Такими их и застал дан Айсар, видимо не дождавшись Риссы. Две женщины стояли, обнявшись оплакивая общее горе.

— Рисса, я прошу тебя, пошли со мной. Мой дом в твоём распоряжении. Моя семья с радостью примет тебя, — просила данна, прижимая к груди плачущую племянницу, и гладя растрёпанную голову.

— Данна Нианон, я…

— Доэнни пока не может принять вашего приглашения, — голос хозяина дома прозвучал рядом, как гром среди ясного неба, заставив девушку резко вскинуть голову.

— Я не думаю, уважаемый дан, что это вам решать, — ответила Нианон, гневно сверкнув глазами.

— Несомненно, данна. Но я хотел бы напомнить доэнни о просьбе, которую она мне высказала вчера, — и он пристально взглянул в глаза принцессе. — И которую я обещал выполнить. Если вы не передумали, конечно, доэнни? — и вопросительно изогнул смоляную бровь.

Риссе хватило мгновения, чтобы понять о чём речь. А когда вспомнила, все сомнения разом отпали.

— Нет, дан.