Маньяк между строк

Вашей Ларьковой позвонил ректор прямо в Испанию и поставил перед фактом: либо ЕЕ кафедра участвует в расследовании, либо кафедра участвует в расследовании, а сама она может оставаться в стране корриды и Сервантеса и наслаждаться красотами природы хоть до морковкиного заговенья. Ларькова стала покладистой, как монашка перед святым причастием, и уже прилетела в Ставроподольск.

Борис продолжал распекать:

– Что ты сразу не сказала про Ларькову? Так, мол, и так: не сумела договориться. Личные интересы важнее общественных, думаешь, я или Мняцакян впервые в жизни такое наблюдаем? Мы б на нее сразу надавили, и дело с концом.

Я подумал, что Вера не обрадуется такому подкреплению. Однако с точки зрения управления операцией в целом Борис, без сомнения, совершенно прав. Без личного присутствия заведующей организовать филологов оказалось непросто.

Пока Борис с Викой обсуждали ход следствия, а также общих знакомых из Ставроподольска, я успел накидать пункты искового заявления для Инны, но не смог дозвониться до нее.

– Может, последовала твоему совету и свалила из города? – предположил Борис.

– Лучше бы так, чем в ближайший бар.

– У нее ведь дочка есть, – вспомнила Виктория, но, к стыду своему, я не знал ни ее телефона, ни как зовут девочку.

– Ладно, подождем до утра, как и со всем остальным тоже, надеюсь, твоя Инна не совсем идиотка и не полезет на рожон, – вздохнула Виктория.

Зазвонил телефон, несмотря на позднее время, это была Ухтомская. Вика поставила на громкую связь."

"– Вы как? – с места в карьер поинтересовалась ученая дама.

– В порядке, – соврала Вика.

– Вы так побледнели сегодня, когда узнали об угрозах…

– Не произносите это слово.

– Если нельзя по телефону, то хотите, я к вам приеду? – настаивала Вера.

Виктория посмотрела на меня. Представляю, как ей хотелось, чтобы, как в детстве, появился какой-нибудь борец с драконами и серыми волчками, ну на худой конец кто-то, кто составил бы компанию на эту ночь.

– Заодно заберу вашего кота на пару дней. А то вам он только в тягость, да и ему каково, бедняга не знал, куда деваться сегодня. А у меня дома мама, присмотрит.