Маньяк между строк

И если меня заставили бы судить об этих двоих по той части интервью, где речь шла о собаках, то я был бы уверен, что болен не пациент, а врач. Я и сам совсем недавно думал о чем-то подобном.

Есть гипотеза, что психические болезни появились вместе с языком. Язык скрывает наши главные тайны, материализует наши странные ассоциации и желания. С помощью языка мы научились создавать параллельную реальность, виртуальная реальность – тоже результат человеческой языковой деятельности. Компьютерный код – тоже язык, только искусственный.

Само собой, что в таких условиях человеку гораздо проще сойти с ума, чем какой-нибудь собачке или кошечке. И в этом смысле Шляпник совершенно прав. Ну а то, что врач старался выведать, не является ли убийство собак невротическим протестом против такого несправедливого положения вещей, лишь ставило самого доктора в несколько глупое положение.

Виктория сделала дозвон, и Тимофей Игнатьевич появился на экране скайпа теперь в режиме реального времени.

– Шизофрения – это четыре А, – попытался ответить на вопрос Виктории «Оле-Лукойе»: – Апатия (вялость), аутичность (уход в себя), абулия (отсутствие воли), амбивалентность (люблю и ненавижу).

По-моему, Шляпник больше опасен сам для себя, чем для окружающих. Вот как раз с собой он несколько раз пытался покончить, – проговорил старичок, узнав Викторию.

– А убивать в принципе шизофреник может?

– Да, может, почему не может? Любой человек при определенных обстоятельствах может убить другого человека.

– А серийно?

– Тут уже сложнее, но и так бывает.

– Ну а конкретно Шляпник?

Доктор пожал плечами:

– У Шляпника сохранен контроль над сознанием, он много лет боролся с признаками болезни, пытался ее контролировать, и во многих смыслах ему это удавалось, это нетипичный случай.

– Что это значит?

– То, что теоретически я не отметаю такой возможности, но нужны доказательства еще и со стороны следствия. Ведь теоретически и мы все можем… Понимаете, чтобы человек начал убивать серийно, стал маньяком, это как атомная бомба.

Должны сложиться много разных компонентов, а потом еще возникнуть условия, чтобы эти компоненты рванули. Есть черты предрасположенности к насилию. То, что психиатры называют неправильными мозгами, – это особые изменения в области лобной и височной долей, которые отвечают за формирование воли, увеличение желудочков головного мозга, отвечающих за инстинктивные желания. В принципе томограмма Шляпника показывает подобные изменения.