Мама для трех лисят. Тайны дворцовых переходов

Остальное же… Почему вы не хотите использовать артефакты?

– Мы говорим исключительно умозрительно, – Ноэль улыбнулась, – к слову пришлось.

В этот момент Кайрнех понял, что молчать и ждать больше нельзя.

– Из дворца пришла новость: нас хотят разделить.

И Ноэль – Ноэль, которую он даже в мыслях не осмеливается назвать своей, – побелела до синевы.

– Нет, – выдохнула она.

– Я собираюсь воспользоваться небольшой лазейкой, – Кайрнех посмотрел Ноэль в глаза, – но тогда нам придется разделить одни покои.

Если она боится, если он ей отвратителен… Видят Тени, даже если она откажется, он будет настаивать.

«Я не могу позволить ей рисковать».

За столом повисла гнетущая тишина, которую разбивало лишь звяканье ложки о тонкостенную чашку – это Райсара забыла о том, что она ""истинная леди"". Шумно выдохнув, она напряженно уточнила:

– Это вы сейчас об официальных любовницах, да? Прецедент Райне-Ферксара, да? Невесту и будущую жену лорда Ферксара выдали за другого, считая, что хранительница сердца в нашей культуре не более чем постельная грелка?

Морис и Аль ошеломленно переглянулись и тут же уставились на Ноэль.

– Да. Больше того, чтобы не допустить войны, Его Величество Бенедиктус Восьмой задним числом внес в наши законы ""Особое положение о фаворитках"", где эти самые фаворитки именовались хранительницами сердца. Так мужчины получили право официально заводить любовниц и селить их в своих домах, а двуликие не получили права вызвать на дуэль графа Тройн, который на тот момент имел очень большое влияние на высшую знать: его несчастная дочь была Пылающей.

– Тут следует уточнить, что супруга графа была похищена, а род по совершенно непонятным причинам почти прервался. – Кайрнех постарался скрыть свои чувства и смягчить улыбку, но клыки все равно царапнули нижнюю губу. – Графский сын объявился спустя тринадцать лет после смерти последнего Тройне. Кровно-магическая экспертиза показала, что юноша действительно законный сын графа.

– А Его Королевское Величество Бенедиктус Восьмой предпочел молча утереться, – хмыкнула Ноэль, которая, к облегчению Кайра, была на стороне двуликих. – Ведь каждому было понятно, что юная леди стала супругой престарелого Тройне не по своей воле.