Мама для трех лисят. Тайны дворцовых переходов

– Да, – мрачно кивнула я. – Лиам, я прошу тебя пойти в библиотеку и посмотреть, сколько сил берет Плеть Рейна. А потом проверить, каков твой запас сил. Я, к сожалению, этого тебе подсказать не могу: не моя специализация.

На самом деле я могла. Больше того, я хотела ему объяснить, что Плеть Рейна уничтожит его как колдуна, что все его нежные детские каналы силы будут разорваны и такая травма не пройдет никогда. Но… Он ведь не станет меня слушать, больше того, решит, что я вру.

«Ну и с Райсарой надо серьезно поговорить».

Чаепитие по итогу не задалось. Лиам больше не проронил ни слова, молча выпил чай, так же молча встал и ушел, не прощаясь.

– Ему плохо, – с болью произнес Морис, – он начал сомневаться в Райсаре. Я это ясно понял.

– Ты права, – Аль посмотрела на меня прозрачными от слез глазами, – мы не можем от него требовать взрослых решений.

– Вот и хорошо. Но не иди поперек себя: он все равно узнает, и от этого будет только хуже.

Мы разошлись по своим делам. Вторая половина дня у детей свободна, и я из окна наблюдала, как они играют со своими теневыми бабочками: перекинувшись в лисят, они, потешно потявкивая, ловили теневиков. А те, подыгрывая детям, то и дело позволяли себя поймать.

– Леди хозяйка, – заныл Милки, сидевший у меня на плече, – я бы.

– Иди, но не забудь, что через полтора часа ужин."

"Сама я отправилась выбирать платье. Отъезд все ближе, пора вспоминать правила и негласные традиции. Так, для завтрака и обеда платье может быть одним и тем же, а вот драгоценности – нет. Ужин же считается самым важным приемом пищи, а потому дамский туалет должен быть особенно изыскан и, главное, не должен сочетать в себе ничего из того, что леди носила до ужина.

""Спасибо, что бельишко не проверяют"", – хмыкнула я про себя.

Вживаться в старую шкуру было трудно. И не только из-за этих кошмарных лет на привязи: мне стало тесно в этом всём уже на третьем курсе Академии. Все эти мелочи из разряда: ""У графини Н-ской изумруд в два раза крупнее, чем у супруги герцога! Немыслимо!"" – перестали развлекать и начали злить.