Мама для наследника

Что уж говорить про местную «цивилизацию».

Больше мы с Бираном к этой теме не возвращались. Плыть и знать, что пусть маленький, но шанс на помощь и спасение есть, а не покорно идти, как овца на заклание, — это совсем другие ощущения. Так что надежда на завтра у меня появилась и придавала немного сил. Хотя бы продержаться до конечной точки и узнать, куда мы все-таки плывем.

Когда корабль встал на окончательный курс, это поняла даже я, научившись за время плавания неплохо ориентироваться в море. Никакого секрета, раньше мы плыли на север, солнце вставало четко справа и заходило слева.

А теперь мы взяли правее, то есть восточнее, и, когда я вышла утром на палубу, солнце Кирдария светило мне практически в лицо. Значит, осталось чуть-чуть. Во всяком случае, я очень надеялась. Жить в неизвестности надоело.

Все плавание после шторма прошло без эксцессов, с Бираном я, вопреки словам Дэйса, начала общаться даже больше, и чародей, как ни странно, нам препятствий не чинил. Сам Дэйс каждый вечер где-то на час зависал у нас.

Зависал в самом прямом смысле — приходил, закрывал глаза. А порой и не закрывал, сидя с открытыми глазами и не моргая по несколько минут, будто выпадал из реальности. Но всегда через какое-то время вставал и уходил. Редко когда при этом он произносил что-то большее, чем «добрый вечер» и «спокойной ночи» на прощанье.

Попыток сблизиться со мной он практически не принимал, если не считать его манеры при разговоре приближаться чересчур близко. Но мужчина быстро уловил, что мне это не нравилось, и старался увеличивать дистанцию.

Признаюсь, некрупный худощавый Дэйс, ростом чуть выше среднего, пугал до дрожи в коленях. Может, это лишь мое разыгравшееся воображение, но от него веяло опасностью, хотя меня мужчина и пальцем не тронул. Но каждый раз я сжималась при его появлении, ругала себя за иррациональный страх, но поделать ничего не могла.

И вот настало то самое утро, когда я вышла с сыном, который лежал в прогулочной корзинке, и увидела землю.

Это были достаточно высокие и совершенно отвесные скалы, на вершине стояла крепость. Даже с расстояния крепость смотрелась внушительно: огромная серая махина с башнями и шпилями, она казалась продолжением скалы, а может, им и являлась."

"«Алькатрас. Мой личный Алькатрас», — пронеслось в голове, я нервно сглотнула. Глядя на открывшуюся картину, у меня даже волосы зашевелились. Из таких мест не сбегают. Такие крепости не захватывают.