Мама для наследника

— Ты говорил, у меня нет чар, — тихо сказала я, наблюдая, как малыш успокаивается у груди, наверное, очень голодный.

— И сейчас говорю, — не оборачиваясь, ответил чародей.

— Тогда что это было?

— Твоя родовая способность — взаимодействие с водой. Она тебе подчиняется. И то не всегда, а в определенных случаях. Это не чары. Это как тонкий музыкальный слух или умение художника видеть десятки оттенков красного. У тебя есть связь с водной стихией, когда нужна помощь — она поможет. Но без крайней нужды ты, например, опреснить или подогреть воду не сможешь.

— А почему ты не рассказывал? — устало спросила я. Все наши с Дэйсом отношения строятся на его недомолвках, о каком доверии может идти речь? — Ведь и в купальне проявилась она, неужели ни ты, ни Лем не в курсе этой особенности принцессы?

— Ты не спрашивала, — пожал плечами Дэйс. — Я точно знал о ее способности, Лем, думаю, догадывался. Но зачем тебе об этом знать? Лему не хотелось брать ответственность за твое обучение, а я не видел смысла рассказывать все раньше времени.

— Но ведь это спасло нас сегодня, — заметила я.

— Я знал, что, если опасность станет реальной и неизбежной, ты начнешь взаимодействовать с водой и без моих подсказок и наставлений. Это часть умений твоей предшественницы в этом геле, которые всплывают по мере необходимости, как рефлексы. Об этом свойстве некоторых правителей мало кому известно, только самим наследникам древней крови, которые наличие и вид своих способностей скрывают, и истинным, сильным чародеям.

Я прикрыла глаза; спорить или обсуждать что-либо не хотелось, зато хотелось, чтобы чародей ушел.

— Мне не нравится твое общение с первым помощником капитана, — неожиданно подал голос Дэйс.

— Ты предлагаешь мне месяц прожить в изоляции? — удивилась такому повороту я.

— Почему в изоляции? У тебя есть я. Как видишь, я провожу с вами каждый вечер, так что не вижу проблемы, если ты не станешь общаться с местным сбродом.

— Сбродом? Кажется, ты выбирал лучших? — не удержалась от замечания я.

— Лучших из худших, — усмехнулся мужчина. — Поверь, всем будет проще, если вы с Владимиром постараетесь держаться от команды подальше.

— Хорошо, Дэйс, я тебя услышала, постараюсь, но обещать не буду. На корабле, знаешь ли, сложно прятаться, особенно если нам по-прежнему можно выходить из каюты.

— Можно, конечно, гуляйте. Но по возможности ни с кем не заговаривай. Надеюсь на твое благоразумие.