Мама для наследника альфы (СИ)

 — Я сегодня слышала от одного мужчины, который пришел просить о помощи, что каратели…

* * *— Арина, — сквозь туман слышу голос Алекса, чувствую, что он трясёт меня за плечо.

— Да, — отвечаю ему, стараясь понять, где я и что происходит.

— Ну наконец-то, я уже двадцать минут стараюсь тебя разбудить, но ты не просыпаешься, — слышу облегчение в его голосе.

Резко сажусь на кровати, когда осознаю, что по-прежнему нахожусь в комнате Брендона, который, лежит рядом со мной без сознания. Поворачиваю голову к окну, отмечая, что уже глубокая ночь.

— Петро приготовил что-нибудь? Сумел понять, что за яд использовали дикие? — требовательно спрашиваю Алекса.

Тот качает головой и отвечает:

— Лекарь внизу, он пытается что-то сварить, использует разные комбинации растений, но пока, яд не чувствителен ни к одному отвару или мази, — киваю на его слова.

— Ты добыл воду? — задаю следующий волнующий меня вопрос

— Да, вот. Только я не понимаю, зачем она тебе. Она же бесполезна, — недоуменно поднимает брови оборотень, наблюдая, как я судорожно вцепляюсь в пузырёк.

Я же, уже не слушаю его, прокручивая в голове слова, которые говорила Рхона. Конечно, она была опытной и сильной ведьмой, они были вдвоём с Ави. Но вдруг… Вдруг и у меня получится, хотя бы чуть-чуть облегчить состояние Брендона, продлить его жизнь, хотя бы до момента, пока лекарь не отыщет противоядие.

— Выйди, пожалуйста, — прошу Алекса.

Не хочу, чтобы он знал, чтобы тоже обрёл надежду и потерял её, если у меня ничего не выйдет.

— Что ты собираешься делать, Арина? — строго спрашивает оборотень.

— Ничего… Ничего не собираюсь, Алекс, пожалуйста… — с мольбой смотрю в его глаза.

Мы теряем время, его и так мало, я должна попробовать, должна воспользоваться шансом, не зря мне именно сейчас приснился сон о том, как ведьмы исцеляли раны — он должен как-то помочь, должен значить хоть что-то.

— Проверь пока, как там Петро. Может быть, ему удалось что-то придумать или хотя бы понять, что за яд был использован, — говорю мужчине, мечтая, чтобы он оставил меня здесь одну, наедине с Брендоном.