Мама для его сына

Не продают оружие, хоть оно и не запрещено в пользовании, и шлюхи не поддерживают собой стены домов, а работают внутри клубов, но этого мало…

Мало для чего? Я не знаю.

Когда отец был жив, он держал наши районы с братом один и никогда две тьмы не пересекались.

Я как он. Мой брат Ян – нет.

И тьма мне не нужна.

Я жесток. Правила необходимы и за их соблюдение меня уважают. Боятся нарушать.

За преступлением всегда следует наказание.

Наш город давно избавился от войны. Граница района – это не просто черта, это чертов кодекс.

Смотрю на звонящий мобильный и принимаю вызов.

– Да, Ян.

– Привет, братишка. Ты в «Раю».

– Нет, я в «Майами». Сегодня день казино.

– Понял. Давненько я не играл.

– Жду.

Набираю по внутренней связи Жанну.

– Босс, – поет она тонким мелодичным голосом."

"– Сейчас приедет Ян. Попроси накрыть стол в випе, все как обычно и проводи его с кем бы он ни был.

Тишина в трубке и вопрос:

– А вам?

– Придешь, когда скажу.

– Хорошо.

Смотрю на монитор, где счастливая и улыбчивая девушка с рыжими кудрями, улыбаясь подзывает официантку и дает поручения.

Жанна моя единственная любовница. Тип моего характера не предопределяет гарем, даже если речь идет о той, которая просто греет меня телом и не больше.

Даже мои персональные шлюхи остаются только моими, пока имеют интерес для меня. Эта, пока что не надоела. Ладная фигура, формы как мне нравится и любит трахаться. Остальное меня не интересует.

Через пять минут мое распоряжение было выполнено. А еще через десять приехал Ян со своими людьми.

– Далер, брат мой, – обнимает меня и садится за стол.

– Привет.

Четыре его парня жмут мне руку и следуют за своим боссом.

Мои ребята садятся рядом.

Негласное правило. Оно не обсуждается.

Подзываю Жанну пальцем.

– Каждому по девушке, сама останься на входе, встречай гостей.

– Как скажете.

После первого раза, когда я уже заполучил ее в свою постель, она не делала из себя обиженную, стоило мне выпроводить ее с подобного сборища. Жанна все поняла и даже улыбнулась. Здесь сидят шлюхи и те, кто не против предложить себя каждому сидящему в комнате, готовые раздеться и встать в позу на этом же столе. Пока женщина со мной, она моя.