Мама для чужого сына

Мы обнимаемся, рассматриваем друг друга – возмужавшие, заматеревшие, однако живым из нас двоих выглядит Федор.

– Привет, Джо, – Федька крепко жмет мою руку, спешно разувается. Оглядывает прихожую, снимает куртку и сует ее в шкаф. – Как красиво у тебя… вас…

– У меня, – вздыхаю я. – Сегодня мы с Тасей подписали заявление на развод. Так что можем отметить.

– Джо, я скажу тебе сразу, иначе Варька меня убьет. А потом будем пить и общаться, хорошо?

– Да.

– Лика завтра уезжает в Питер. Если она нужна тебе, я прошу – не повторяй моих ошибок.

– Черт, Федька, да понял я! Нужна! Очень нужна! Но у меня столько… Она даже разговаривать не станет, пока я все не разрулю.

– Ну рули на здоровье! Пополняй ряды глупцов мира! – обрывает он, усаживаясь за барный стул.

– Я завтра поеду на вокзал или…

– Она едет на сапсане. Варя пришлет точное время. И еще, Джо…

– Не томи, Горностай.

– Лика ждет от Виктора ребенка.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Глава 30.

Джордан.

Только не это, господи! Ольшанский теперь не отвяжется от нее – вытреплет нервы, вытрясет душу, оставив горстку пепла… Бедная Личка… От нетерпения зудят ладони, а в груди ощутимо колет, сжимается, болит…

– Ну чего ты молчишь, Джо? Для тебя проблема – чужой ребёнок? – растерянно произносит Федя."

"– Нет. Конечно, нет. – Мотаю головой, а потом роняю ее в ладони. Тру затылок, пытаясь соображать быстрее.

– Так ты не расстроился?

– Федь, у меня тоже есть сын. Вернее, племянник. Сюзанна погибла, и теперь…

– Варька говорила. Чувствую, влетит нам от Лички за самодеятельность!

– Лика не знает ни о чем, так? – спохватываюсь я.

– Нет. Она Варе звонит, но о сливе инфы не догадывается. У них вообще высокие отношения. – Федька закатывает глаза. – Варька схватилась за идею вашего примирения – хочет тем самым отблагодарить Беккер за помощь в моих поисках.

– Счастливые вы, Федька.

– Всякое бывает. Жизнь она такая… Не сахар. И семейная жизнь далеко не рай. То ссоримся, то миримся. Но я ее очень люблю, мою Варьку. Она из меня веревки вьет.

Федор по-хозяйски раскладывает вареный картофель по тарелкам, споласкивает руки и плюхается в кресло напротив меня. Смотрит испытующе, словно стремится угадать мои эмоции. Только что их угадывать? Они на лице написаны: читай, не хочу.