Мама для чужого сына

Он же злоупотребляет спиртным, наш злодей?

– Да. – Киваю я.

– С тебя аренда студии на телевидении. И свою… новую пассию подготовь. Сделаем эфир, раскидаем запись по телеканалам.

– То есть я могу ей сказать, что ты согласна помочь? Это точно, Мия? Ты не передумаешь? – улыбаюсь я. Черт, если все выгорит, дело не смогут спустить на тормозах!

– Да, Джо. Но я это делаю не из-за тебя. Благодари своего юриста, он направил мои мысли в нужное русло. – Она игриво переводит восхищенный взгляд на Хапаева. А что – красавец с восточной внешностью, да еще и холостой.

– Все, что меня интересует – новые подписчики и авторитет среди общественников. Этот эфир поможет мне стать еще популярнее, – девчонка пожимает плечами, отчего шарфик сползает с ее шеи набок, обнажая застарелый синяк. Опять она связалась с этим уродом – своим бывшим продюсером. Мия соглашается не ради меня или Лики – ради себя…

Глава 43.

Лика.

Не понимаю, как во мне умещается столько силы? Внутри словно открывается воронка, ведущая в тайное хранилище мужества, крепости и стойкости.

Отгоняю дурные мысли, сосредоточиваясь на главном – здоровье и свободе. Дни в больнице текут на удивление быстро – я аккуратно выполняю врачебные рекомендации, хорошо питаюсь – стараниями Джордана, все время лежу, читаю, мечтаю… А еще… игнорирую угрозы Ольшанского, сыплющиеся как из рога изобилия. Странно, что он добился хоть каких-то высот в бизнесе, будучи таким недальновидным! Он пишет мне открыто, не стесняясь в выражениях, обзывает, проклинает, что-то требует… Я не читаю – сразу пересылаю «послания» следователю Вострикову. А он, в свою очередь, прикладывает угрозы к материалам дела. Счета фирмы Ольшанского арестовали. Договор с Андрэ Мозером признали недействительным, поэтому все, что остается Виктору – лить грязь в мой адрес.

Я рвусь домой и маюсь от безделья, а Джо… Он вновь доказывает звание самого лучшего мужчины на свете – придумывает совершенно безумную идею с участием своей бывшей. Как ни странно – все получается.

Джордану удается уговорить Мию обнародовать мою проблему. Не знаю, какие она преследует цели, но хватается за эту идею, как за спасительную соломинку: приглашает известных актеров, общественных деятелей, блогеров-миллионников, представителей благотворительных и реабилитационных центров. Признаться честно, я волнуюсь… Боюсь людского осуждения, неудобных вопросов. Боюсь навредить своему малышу еще больше…

– Ты справишься, Энджи.