Малыш от бывшего (СИ)

Мята или мелисса, — продолжая поглаживать кожу, ответил Ник, погружая своим голосом Аню в состояние нестояния. По венам моментально хлынул жар, поджигая внутренности Ветровой как вертеле.

—Но хочется кофе, — не своим голосом сипло прошептала девушка.

Порхающие поцелуи посыпались на шею, а жадные руки начали сминать талию. Теперь не скрыть пылающих щек, не замаскировать ничем безумно колотящееся сердце. Остались голые чувства, оборванные как электрические провода, искрящие яркими вспышками в ночи.

Он оставался трепетным послевкусием, которое приятно разливалось а языке сладкой патокой.

Рассвет плавно стелился на горизонте, освещая ночной мрак красным светом. По чуть-чуть он коснулся и сплетенных на полу, устланном ковром, тел, уставших и выдохшихся, но отчаянно сопротивлявшихся сну. Какое счастье иметь в доме теплые полы.

Каждый думал о своем, но ни на секунду не выпускал из рук того, кого однажды потерял.

—Я часто представляла себе нашу встречу, но ни в одной это не было у сада с Андреем, —прошептала Ветрова.

Варшавский сощурился и потянулся к девичьей руке, по-хозяйски обхватывая ладошку. Теперь это был совершенно обыденный жест. К нему привыкли оба. Как привыкли к тому, что он целовал ее при встрече и на прощание, а она, сдерживаясь из последних сил, все-таки несмело отвечала ему, позже сгорая от нахлынувших чувств. Ох, сколько раз она себя ругала, но все равно тянулась к мужчине, как светлячок на огонь.

—А что было в твоих фантазиях?

Аня посмотрела на Ника, сталкиваясь с тем самым взглядом что явно не способствовал сейчас её успокоению, он распалял, заставлял девушку млеть.

—Ничего особенного, я просто хотела, чтобы ты видел ту, которую навсегда потерял. Ту, которую ты променял на другую жизнь. И я очень хотела, чтобы ты кусал локти.