Малыш от бывшего (СИ)

Но судьба сжалилась, подарила ему второй шанс, дала возможность все исправить, пусть это будет не просто, пусть и придется ему костьми лечь, но он вернет свою семью, обязательно вернет, в лепешку расшибется, и никому больше не позволит встать у себя на пути. Размажет просто, уничтожит.

— Чего ты хочешь? Пришел позлорадствовать? — Ник откинулся на спинку стула, вперился взглядом в лицо соперника, пытаясь понять, что тот задумал. — Жанна может хоть тысячу раз обращаться к тебе или кому-либо еще, ей это не поможет.

— Я ей отказал.

Ник даже подумал, что ослышался.

— Моя фирма не работает с нечистыми на руку клиентами, — продолжил Северский, пока Ник обрабатывал полученную только что информацию. — Но дамочка не успокоится, и насколько я помню, ее родители не последние люди в городе, добавь к этому явную симпатию твоих и что мы получаем на выходе?

— Чего ты хочешь от меня? — серьезно спросил Ник.

— От тебя мне ничего не нужно, я лишь не хочу, чтобы вся эта грязь портила жизнь Ане и ее… вашему сыну, — исправился Вик, чем сильно удивил Варшавского.

— Ее это не коснется.

— Уже коснулось, — не согласился Виктор, — Жанна подготовилась, к нам пришла не с пустыми руками. У нее куча фотографий тебя и Ани с Андреем. Сделаны они не так давно, но учитывая наличие у вас с Ветровой общего сына, думаю, не нужно объяснять, что в суде тебя размажут, а актриса из твоей жены отличная, я почти поверил. Я ей отказал, а конкуренты не откажут, догадываешься, к кому она пойдет?

Ник, конечно, догадывался.

Твою…

Вот же стерва. И вряд ли сама додумалась, явно науськали и Ник отчего-то был уверен, что свою руку приложили и Варшавские.

— Я разберусь, если это все, дверь там, — Ник кивнул в сторону выхода. Ему совершенно не нравился этот разговор. Да и какой смысл был его продолжать."

"— Ты уже разобрался, — Северский и не собирался уходить, — но она, судя по всему, снова выберет тебя, даже после того, как ты ее бросил беременную.

Ник хотел было возразить, да было нечем. Крыть было нечем. Северский прав, он поступил, как мудак.

— Я хочу, чтобы ты понимал, сейчас я втаптываю в грязь свою репутацию, адвокатская этика для меня не пустой звук, и все же я здесь, не ради тебя, но я предлагаю тебе свои услуги, с Метельским не сможет тягаться ни одна контора.