Малыш, который живет под крышей (СИ)

Кира уставилась на сестру. А ну-ка, откуда и куда ветер дует? Сигарета начал жечь пальцы, и она выбросила ее в урну.

— У него сиськи больше, чем у меня. Это весьма унизительно.

— Кира, ты можешь говорить серьезно?!

— Какого черта, Оксана? С чего он должен меня привлекать как мужчина?

— Ты ему очень нравишься! — сестра словно защищалась.

— Я и сама это вижу — не слепая. Если ты таким несвойственным тебе деликатным образом пыталась меня предупредить о возможных поползновениях в мой адрес — спасибо, конечно. Но я взрослая девочка, и сама все прекрасно понимаю.

Пока он держится в рамках приличия. Надеюсь, так будет продолжаться и дальше. Все, вопрос исчерпан?

Оксана отправила свою сигарету вслед за Кириной и кивнула. Но у Киры осталось ощущение, что до сути разговора они так и не добрались.

* * *— Кира, кофе нам принеси.

Вот это новости. А Кира гадала, чего Оксана вертится в «людской» — посреди опенспейса. А оно вон что. Важного клиента встречает самолично Оксана Сергеевна. А теперь, прихватив под локоток высокого темноволосого типа, чем-то отдаленно напоминавшего Буратино, снисходительно бросила фразу про кофе, увлекая типа в сторону кабинета Влада.

Кофе, значит? Собственно, для этого есть Лерунчик, но сейчас ее нет, убежала с каким-то поручением — вот как бы не сама ее величество Оксана Сергеевна офис-менеджера и услала. Ну, кофе — так кофе. Смотрите, не подавитесь.

На Кире в кои-то веки юбка. Так, пояс подвернуть, чтобы ноги во всей красе показать. Балетки на ногах — это, конечно, совсем не в тему.

А, вон, Леркины туфли под столом. Правда, влезла в них Кира с трудом, но ей же не марафон в них бежать. Пуговицы на блузке — раз, два, три. Нет, три — это уже порнография. Ах, да, и кофе.

Из-за двери кабинета слышался Оксанин смех. Кира стукнула для порядка и без паузы нажала на ручку."

"Влад поперхнулся на полуслове. Темноволосый с притаившейся в углу рта кривой усмешкой одарил ее восхищенным взглядом. Глаза Оксаны прожигали стену за спиной Киры. А она безмятежно расставила чашки и удалилась — походка свободная, от бедра, пластика пантеры перед прыжком.

Лишь бы эта «пантера» не навернулась на десятисантиметровых шпильках. На пороге не выдержала — обернулась. Подмигнула улыбчивому. И, дождавшись, когда тот подмигнет в ответ, закрыла за собой дверь.

Чтобы там, за дверью, не сильно, но чувствительно огреть себя по лбу подносом. Взрослеть пора, Кира Артуровна. Пора взрослеть. Вернув на место Леркино имущество, Кира почла за лучшее слинять из офиса.