Маленький сюрприз для большого босса

Скоро его крепкий русско-армянский язык глядишь превратиться в сплошные ути-пути. С Ксюхой ведь только так и общался:

«Ох, какие у тебя сегодня косички красивые», «а что это у нас за платьице новое?», «мороженку купить? Сейчас купим, моя принцесса».

Ну, что это такое? Это разве порядок?

А по-другому с этими женщинами никак.

Гагик застыл посреди коридора, а вместе с ним и замерло в груди сердце: показалось, или крик жены сменился криком ребенка?

― Поздравляю, папочка! ― выглянула в коридор доктор. ― У вас…

Гагик вскинул руку.

― Не надо. Я сам, ― и, затаив дыхание, прошел в палату.

На животе любимой лежал малыш, а сама она плакала, прижимая его и что-то шептала, глядя на чернявую макушку.

― Сыночек наш, ― произнесла она, после чего у Гагика резко подкосились коленки.

Обнимал ее, целовал, а потом поднял взгляд к потолку и приложил руку к груди.

― Ва-а-ай, в самое сердечко! Вот прямо сюда, ― постучал он по груди кулаком, испытывая невероятное счастье за рождение наследника.

Эпилог 4. И пусть так будет всегда!

Спустя два месяцаАняАня, Гагик, Ксюша и Даша стояли в сторонке, пока под ликами святых батюшка окунал в купель двухмесячного Артура Гагиковича.

Крик сына стоял на всю церковь.

Затем его взял на руки крестный Кирилл и закутал в полотенце.

― Смотри, как хорошо справляется! Натренировался на своем, ― шепнул Ане Гагик и, повернув голову, подмигнул Геле, которая стояла у двери, укачивая на руках десятимесячного Илюшку.

Прямо из церкви оба семейства отправились отмечать важно событие.

― Даш, ставь сюда мясо. Ксенька, а ты раскладывай столовые приборы, ― велела им Геля и, приобняв Аню, шепнула: ― Гагика стало совсем не узнать с появлением сына. Он вообще хоть даете его тебе на руки? ― хохотнула она.

― Да как и твой! ― воскликнула Аня. ― Сутками готов возиться с сыном!

― Сразу видно, что у тебя много свободного времени! ― подруга обвела взглядом стол с разнообразием закусок.

Аня села на диван и удовлетворенно улыбнулась.

― Галь, скажи, что это счастье чувствовать себя любимой женой и мамой, а не всемогущей женщиной, которая постоянно должна висеть на телефоне и по первому звонку мчаться на работу, чтобы разруливать там дела.

― Бесспорно! ― решительно кивнула Геля. ― Я это тоже прочувствовала на себе.

― Мы ж с тобой были железные леди, ― усмехнулась Аня.