Маленькая хозяйка замка Шгрив

Он ревнует! Ревность кузнечным молотом обрушилась на него, она же заставила смотреть на всё с удивительно точным пониманием — зеленоглазый ангел ему не безразличен. Совершенно очевидно! Лорд только догадывался об этом, ночами приходя к ней и наблюдая за тихим дыханием спящей супруги, или днём, видя жену спорящей с чрезмерно заботливой Матильдой, непременно пытающейся закутать герцогиню. Внутренне мужчина посмеивался за завтраками в столовой, глядя на Юлино возмущение невозможностью вести нормальную беседу. Потому что между ними вечно громоздился нарочно поставленный канделябр.

Появление чёрного мага в обществе его Юлии чуть не подломило ноги герцога в коленях. Если внимание придворного ловеласа и усатого недоразумения лорд ещё мог как-то стерпеть, то ухаживания этого поганца Бурже (подаренная им роза), привели Дункана в бешенство. Лорд Бурже приходился племянником самому Эрролу, но ревность не видит родственных уз. Герцог мог бы подойти к супруге, да просто должен был, обязан! Но боялся, что сейчас нагрубит, сорвётся, обвинит в том, чего она не делала, да и не могла.

Вернувшись в свой кабинет, Эррол уселся за массивный письменный стол и, откинувшись на спинку кресла, прикрыл глаза.

Он спас Юлию от дурных намерений желторотых юнцов, наградил ею себя, но невозможность обладать ею так, как хотелось бы, просто сводила с ума.

Небо над замком внезапно осветилось яркими вспышками, сопровождающимися восторженными криками людей. Герцог подскочил от неожиданности и бросился к окну. Черноту ночи окрасил разноцветный фейерверк. Лорд видел, как гости выскакивали во двор замка прямо в бальных нарядах, чтобы успеть полюбоваться редким зрелищем, и поспешил на выход. Кто был инициатором этого волшебства, не надо было долго гадать.

А Лия стояла рядом с «Хвостиками» и тихонько попискивала на пару с девчонкой, глядя, как особенно красивый магический шар расцветает огненной хризантемой над их головами, а потом опадает золотым дождём на землю. Ярко-красный феникс, появившийся из ниоткуда, разрезал тёмное небо своими крыльями и устремился вниз, к ошеломлённой публике.