Маленькая хозяйка замка Шгрив

 — Не время!"

"Посверкав злыми глазами на пленницу, тот не осмелился пойти против приказа лысого. Бережно подняв пострадавшую на руки, мужчина отнёс любимую к противоположной от Тиль стене, и вернулся в круг последователей.

Матильда вздохнула с облегчением. Нет, она не строила иллюзий. А ей ещё припомнят и сломанный нос бывшей поломойки, и синяки, что скоро расцветут у той под глазами всеми переливами синюшного, и её, Тиль, непокорность и вызов в своих действиях конкретно этой шайке изгоев.

Кисть дёрнуло острой болью.

Сдерживая стон, девушка упала на колени, баюкая пострадавшую конечность.

Меж тем, в помещении стали происходить драматические события: большой подземный зал наполнился звуками горлового пения. Сначала тихо, но с каждой секундой увеличивался диапазон звучания. Вибрирующего, мощного, пробирающего до костей, проходящего через человеческую плоть, заставляя ее дрожать. Раздался лязг пришедшего в движение какого-то механизма, и круг с нарисованной пентаграммой, в центре которого лежала герцогиня, стал медленно подниматься.

Большой каменный цилиндр с характерным шорохом, издаваемым трением твёрдых поверхностей друг о друга, вырастал из пола, словно гриб. Поднявшись на высоту в три локтя, глыба остановилась. «Братья», не прекращая свой речитатив, начали её обходить, медленно двигаясь против часовой стрелки.

Состояние заторможенности нахлынуло на Юлию внезапно, как только они с Матильдой вошли, сопровождаемые мужчинами, в зал с колоннами. Наступило спокойствие и безразличие. Словно во сне она наблюдала, как к ним подошёл незнакомец с лысой головой.

Елий? Смешное имя. Его слова с трудом доходили до сознания леди Эррол, он говорил о каком-то выборе, а Грой злилась. Зачем? Герцогине было неинтересно и даже скучно. А вот когда их конвоиры стали размножаться на глазах, заполняя помещение, она чуть не рассмеялась. Удивительно, на что способна магия! Надо будет спросить Бурже, он так сможет?

Она всегда уважала в мужчинах галантность. С какой осторожностью они её подхватили с двух сторон и куда-то повели! Раздевали аккуратно, будто от нечаянного движения она могла сломаться.

Вяло подчинилась настойчивым направлениям чьих-то рук. Ощутила поглаживающее движение на своей спине, но это не вызвало у неё никаких эмоций. Оставили Лию только в нижней сорочке. Слова благодарности застыли на губах маленькой хозяйки в тот момент, когда её положили прямо на пол с затейливым орнаментом. И опять вопрос: «Зачем?» выпорхнул из головы юркой птичкой.