Майор Бойцов желает познакомиться (СИ)

Чувствую себя как минимум гарпунером-наставником на китобойном судне.

«Привет, Тимурчик… Ой, я и забыла. Просто замоталась тут с похоронами дедули. Да и, если честно, тебе ведь нужен только секс... А у меня траур и вообще нет настроения. Сложно общаться с человеком, который воспринимает тебя исключительно как суповой набор… Поэтому, прости…»

У меня есть чёткое представление, как на такое сообщение должен ответить мужчина, который две недели рассматривал фотографию женской груди и ждал малейшей коммуникации, но Тимур Бойцов отправляет лучший ответ из всех возможных:

«Ну, ты уж совсем озабоченного героя-любовника из меня не делай, лады? Расскажи лучше, как сама?»

Глава 11.

— Вы давно закончили работу в усадьбе? — спрашивает майор у Елены Сергеевны, бывшей хранительницы музея.

Пытаюсь не замечать, что моё плечо касается его руки, а наши бедра плотно прижаты друг к другу под столом, накрытом скатертью.

— Почти полгода как на пенсии, — отзывается женщина. — Вы кушайте, кушайте.

Неловко киваю на приглашающий жест хозяйки.

Бойцов, окинув накрытый стол взглядом, морщится.

Не человек, а машина, черт возьми.

— Елена Сергеевна, — продолжает он. — Возможно, вы замечали что-то странное? Какой-нибудь повышенный интерес к диадеме? К украшениям?

— Даже и не знаю. Народ нынче дикий, их реликвии и музейные экспонаты совсем не интересуют. Нам ведь каждые выходные телефон обрывают, сдаем ли мы беседки в яблоневом саду.

Женщина вскидывает руки, будто подобное кощунство непростительно.

— Возможно, были какие-то постоянные посетители? — спрашиваю, стараясь не дышать в сторону пирогов.

— Их много. Мы ведь проводили поэтические вечера и костюмированные балы.

— И никто из гостей никогда не просил диадему? Допустим, для костюма или антуража?

— Не было такого.

— У кого? — усмехаюсь.

— Ну, Ким Харисович Непейвода и его жена Нонночка. Они наши основные спонсоры и добродетели.

— Хмм… — Бойцов хмурит брови. — Впервые слышу.

— Очень странно, — удивляется Елена Сергеевна. — Это такие замечательные люди. Меценатство в наш век — редкость. Ким Харисович в прошлом году оплатил реставрацию всех антикварных экспонатов. И, кстати, диадемы тоже.

— Очень интересно.