Магистр из зазеркалья

Я мысленно хмыкнул: за свои поступки приходится отвечать. Если виновен. А если нет?

Сейчас я несу ответственность еще и за ни в чём неповинную женщину, что всё только усложняет.

Трэй утверждал, что отношения не имеет ни к личине, прилипшей ко мне, как пиявка, ни к моему перемещению.

Когда перед ним поставил на стол артефакт на проверку лжи, Трэй лишь побледнел и сжал зубы, но, к моему величайшему удивлению, проверку прошёл. Артефакт подтвердил его невиновность.

Тогда кто?!

Я по кусочкам восстанавливал события, приведшие к пространственной петле, закинувшей меня на Землю, к Терезе, и приходил к выводу, что злоключения начались с вживления мне накопителя.

Что-то не сходится.

Пришлось достать из зачарованного тайника зелье памяти — «мнемозор».

В народе его называли «иллюзором» и на открытую продажу стоял запрет: были случаи, когда люди превышали допустимую дозу и погружались в счастливые воспоминания, оставаясь в таком состоянии неделями.

Забывали есть, пить, мыться…

Существовал риск зависимости, особенно если прошлое было гораздо лучше, чем настоящее.

Вся ценность, она же опасность, зелья заключалась в одной-единственной детали: можно бесконечно прокручивать одно и то же событие, останавливая пролетающие картинки воспоминаний и рассматривать их, словно через увеличительное стекло. Ощущая в полной мере те же самые чувства, что сопровождали эти события.

У каждого есть, куда возвращаться в воспоминаниях и я — не исключение. Но с самыми счастливыми воспоминаниями неразрывно связана боль: душевная и физическая.

Мерзкая на вкус штука с омерзительной же побочкой: головная боль на день потом обеспечена. Рядом с флаконом «мнемозора» звякнула склянка с обезболивающим.

Строго отмерив нужную дозу я убрал склянки и запечатал тайник.

Запил мнемозор глотком воды и откинулся на спинку кресла, закинул ноги на угол стола, смежил веки и мысленно вернулся в тот день…

Месяц назад. Лаборатория Дарислава.

— Ты привез, то что я просил?

— Да. Не ожидал, что он такой маленький.

 — Трэйвор вынул из кармана и положил на стол коробочку, обвешанную чарами от случайного вскрытия, подтолкнул ее слабым импульсом силы в мою сторону. Она заскользила по поверхности, словно по стеклу, и остановилась четко на краю стола.

Я усилием воли заставил себя усидеть на месте, сжав пальцы на тонкой ножке бокала, наполненного светлым вином. Я лениво перевел хищный взгляд с бликов стекла на коробку, содержимое которой он ждал очень долго.