Магомама, или Попаданка наоборот

— Как это?! — Антон вытаращил глаза и даже рот приоткрыл в ответ на мою простоту.

— Как обычно. Как женщина нравится мужчине, как девочка нравится мальчику. А что тебя так удивляет?

— Но ты же не девочка! — возмущенно завопил старший. И ты же не…

— Здрасте! — вот теперь и я встала перед сыном посреди кухни, уперев руки в боки. — А кто я, потвоему? Синий тролль с болота в лопушиной шляпе?

Глава 30

— Кто?! — поразился Антон, удивленно захлопав глазами, но тут же спохватился и снова попытался набычиться.

 — Ты МАМА! А это значит…

— Стоп! — я подняла обе руки вверх. — Вроде бы мы на эту тему уже беседовали и пришли к выводу, что мама тоже человек. Что изменилось за сутки?

Антон завис. У него прямо на лбу проступил мыслительный процесс, он даже губами шевелил, словно проговаривая про себя аргументы, и сам же с изумлением их не принимал.

А ты… а ты теперь замуж пойдешь за него?! — выдал он наконец результат, и его глаза подозрительно заблестели. — Заведешь нам второго папу?!

— Вот прямо так с разбегу и заведу, — вздохнула я.

 — Тош, самому не смешно? Вот ты, когда симпатичную девочку видишь, сразу думаешь завтра же на ней женюсь и будем жить вместе?

— Э… ну… — Тошка заметно смутился и всерьез озадачился. — Нет. Но это же…

— Ага, то ты, а то я, — понимающе закивала головой и, пока сын не пришел в себя, всунула ему в руки картофелечистку и сетку с корнеплодами, подтолкнув в сторону раковины. — Так вот, дорогой потомок, я тоже человек. И возможно, когда-нибудь даже захочу еще раз замуж.

Но не факт. И не обязательно за доктора. И точно не завтра. И абсолютно железно буду советоваться с вами. И еще три раза подумаю, нужен ли нам вообще кто-то. Но если окажется, что нужен…

— Не хочу! — Антон бросил картошку, которую по инерции уже начал было «строгать» в раковину, обернулся ко мне и упрямо вздернул подбородок. — Не нужен нам никто! И тебе не ну…

— Договорились, — я отряхнула ладони от земли, которую счищала с особенно грязных клубней, и протянула сыну руку.

 — Нам никто не нужен. Вы с Пашкой обещаете ни с кем, кроме меня, не дружить, никаких девочек себе не заводить и никогда не жениться! Будем жить втроем всегда! Везде ходить только втроем, отдыхать только вместе, играть только сами!

— Э… — Тошка вытаращил глаза и несколько раз моргнул. — Ну не-ет, как это?

— Ну ты же сам захотел! — «удивилась» я. — И сказал, что нам никто не нужен. Никто значит, никто.