Магнатъ

Часто бывало так, что за одним и тем же столиком «Монмартрского Элизиума» наслаждался представлениями отец, затем, когда подходило время, насиженное место занимал его сын, потом приходила очередь внука… Да и порядки в кабаре мало изменялись со временем: офицеров все так же располагали отдельно от прочих, простого буржуа, позволившего себе ненадолго отвлечься от серых будней монотонного существования, никогда бы не подсадили за столик к аристократу, и, разумеется, здесь помнили и любили каждого из постоянных посетителей заведения.

– Черт побери! Кто вы такой и что вам надо?

– Граф Дракула, к вашим услугам, шевалье.

Импозантный пожилой мужчина, чья дорогая (хотя и несколько старомодная) одежда и изысканные манеры просто кричали о длинной веренице предков-аристократов, коротко поклонился и без всякого спроса подсел за столик. На кредитора он был непохож, а всякие любовные извращения или эксперименты Анри тем более не жаловал, в отличие от своих знаменитых предков[47].

– Что бы вы ни предлагали, меня это не интересует!..

Вместо того чтобы внять намеку и убраться, чуть полноватый и раздражающе самоуверенный граф непритворно удивился, блеснув тонкой золотой оправой своего пенсне:

– Париж действительно потрясающий город! Наверное, единственный в мире, в котором люди спокойно отказываются от тысячи франков за один лишь короткий разговор.

– ?!..

– Что же, приношу свои извинения за доставленное неудобство…

Молодой повеса, давно уже промотавший невеликие крохи доставшегося наследства (и тем не менее вполне неплохо себя чувствующий в мутной воде парижского общества), заинтересованно блеснул глазами, разом переменив свое отношение к «молодящемуся старичку».

– Ну что вы, что вы! Позвольте представиться: Анри де Можирон, рантье[48]. Итак, чем могу?

– Ох уж эти современные нравы!.. Впрочем, я тоже предпочитаю перейти сразу к делу.