Магическая штучка

Мама не знала, куда посадить родное дитятко, и чем его накормить перед долгой разлукой.

— Я буду звонить. И писать, — в который раз уверяла я.

— Носки тебе теплые положила и свитер. Холодно, наверное, там, — по третьему кругу говорила мама, смахивая предательски набегающие на глаза слезинки. Причем, где это, собственно, «там» никто не спрашивал. Просто очень важным тоном произносили, выделяя интонацией — та-а-ам!

Папа в основном молчал, время от времени кидая на меня серьезные взгляды. Кивал, соглашаясь с мамой, и, кажется, был чуточку растерян.

Я не знала, пригодятся ли мне в сообществе магов теплые носки, но вот несколько ценных и дорогих сердцу мелочей все же собрала.

— Не забудь зарядку от телефона! — Ох, мамы — они всегда такие… мамы. — Питайся регулярно. Всухомятку не ешь. И звони мне хотя бы через день. Меня Генрих Всеволодович предупредил, что там не всегда связь ловит, но ты постарайся.

Кивала и складывала в сумку зарядку, фен, волшебные поливитамины, которые посоветовала соседка, мазь от комаров, фонарик и еще бездну полезных вещей, которые могут мне пригодиться в далеком «там».

Суббота закончилась, наступило не менее суетливое воскресенье, наполнившее наш тихий спокойный дом какой-то нервозностью. Когда ровно в полдень в дверь позвонил курьер и передал мои документы с записью об увольнении, а спустя минуту, пиликнул телефон, сообщая о зачислении полного расчета на мой банковский счет, я окончательно уверилась в могуществе магов и приняла решение — я хочу быть одной из них.

Когда опека родителей достала окончательно, а слова «да, мам» и «хорошо, мам» отработались до автоматизма, я решилась и позвонила Жавуриной.

"Спасительница просекла мое плачевное состояние на раз. Видимо, и у нее в доме творился подобный невообразимый бардак. В общем, через час мы уже сидели в уютном кафе, наслаждаясь ароматным чаем и уписывая за обе щеки свежеиспеченные плюшки. За окном моросил мелкий дождик. Порывы беспощадного ветра срывали с деревьев остатки листвы, которую потом нещадно топтали прохожие, уничтожая последние воспоминания о лете. Город готовился к зиме.